#Лит-клуб разное текст story 

Фатумы. Рокот

Жанр: фэнтези, роман.

Глава шестая.

Пустошь. Бушующий Запад. Воплощение наших грехов. Плата за то, кем мы были. Так говорят проповедники из Иртуна, что несут столь популярное ныне слово Триумвирата. Они считают, что их тройной бог наказал нас за наши прошлые проступки. Сомнительное заявление людей, что не видели Пустошь своими глазами. Нет в ее природе ничего божественного. Лишь все уродующая грязь. Но в чем-то проповедники правы. Пустошь хранит нашу историю. Историю о мире, что был до катастрофы.
“Злая соседка” Тревора Шумейкер, 938 с.о.

Взгляд Норвана.

16 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. “Косматый рудокоп”, утро.
Тепло. Треск горящего дерева. Легкий запах дыма. Нежный, заботливый голос. Смысл сказанного скрывался за неизвестным языком. Но Норвана это не интересовало. Хоть и насмешливо, голос говорил явно добрые вещи. Наемник был в этом уверен. Именно так ему запомнилась прошедшая ночь. Вырвавшись из хватки сна, беглец размышлял. Деревянный браслет в последнее время стал все сильнее греться. Прислушавшись, можно было услышать пока слабый, но постепенно нарождающийся отзвук великого пожара. Но, несмотря на беспокойство, Норвану почему-то казалось, что все будет хорошо. Странная, ни на чем не основанная уверенность. Услышь он от кого-нибудь подобные рассуждения, однозначно посмеялся бы над глупостью рассказчика. Ясно ведь, что дело нечисто. Хммм.
Ну да пока не важно. Все равно Норван ничего с браслетом сделать не может. Одна лишь мысль снять его вызывает дискомфорт. Не говоря уже о том, чтоб выбросить его. Так что остается только идти в будущее, каким-бы темным и пугающим оно ни было. Ну, у беглеца хотя бы есть чем осветить путь и согреться в дороге.
Спускаясь в общий зал, Норван все еще сохранял то уютное чувство в душе. Все будет хорошо. Но стоило ему увидеть Гауруса, как что-то внутри оборвалось. Выглядел он ужасно. Явно эту ночь он не спал. Весь дерганный, от людей держится подальше. Рыцарь явно напуган. А это значит, что судьба вновь напоминает, что счастье мимолетно. В полном боевом облачении, Шумейкер уже успел собрать все необходимое в дорогу. Видимо, он как можно скорее хочет покинуть город. Ну что-же, пришло время небольшой, но опасной авантюры.

16 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Лесная дорога, дневной привал.
Гаурус уверенно направился к северным воротам. Недолго пройдя по северному тракту в сторону Гларда, свернул на западную лесную дорогу. За несколько часов пути странникам попалось несколько хуторов да пара групп лесников да охотников. В общем, особой популярностью дорога не пользовалась. Шли быстро и молча, лишь изредка обмениваясь одним-двумя словами. И лишь на дневном привале Гаурус решил высказаться:
- Вчера я побывал на ночном рауте местной аристократии и узнал кое-что важное. Во-первых, ты был прав, и местные вельможи тесно связаны с Волкодавами, - начал рыцарь, смотря куда-то в сторону. - Ну и во-вторых, у Волкодавов есть лугару. Они их используют в бойцовых ямах, но может статься так, что и среди обычных членов могут быть монстры.
- Лугару. Ну надо же, эти чудовища взаправду существуют, - немного помолчав, обдумывая услышанное, Норван спросил. - Ладно, допустим. Что о них нужно знать? В чем сильны, в чем слабы?
Рыцарь вздохнул, ненадолго задумавшись. Затем ответил:
- Ну, начнем с того, что лугару, это люди, пораженные проклятием. Проклятие это передается через кровь. Из-за него люди становятся кровожадными чудовищами, чем-то средним между человеком и зверем. Их шкура почти неуязвима для оружия, сделанного из обычной стали, кости или чего-то подобного. По факту, ранить их может всего несколько вещей. Во-первых, как и любых существ, тесно связанных с природой, их легко ранит оружие из хладного железа. Во-вторых, каждый вид оборотней имеет свою уникальную уязвимость к какому-нибудь определенному металлу. Конкретно лугару, если я правильно помню, не переносят серебро, - Шумейкер замолчал, делая глоток из бурдюка, - в-третьих, их можно ранить оружием, специально заговоренным для этого. Например, мой меч, по идеи, будет способен их ранить, хоть нанести серьезную рану им будет сложнее, чем оружием из подходящих материалов. Еще они имеют небольшое сопротивление к магии, но тебе это не особо интересно. Как любых зверей, их можно испугать огнем. Но ненадолго.
Немного передохнув, путники начали собираться в путь. После недолгого молчания, Норван спросил:
- Это из-за них ты так хреново выглядишь?
- Ага, - отозвался Гаурус. - Никогда так близко их не видел. Они. Ужасны. Даже в одиночку они сильны. Вот только лугару стайные монстры.
- Хм, и, как я понимаю, у них сильно развито подчинение лидеру стаи?
- Ну да, - рыцарь выглядел удивленным, - Вот только даже если этого лидера убить, сильно делу это не поможет. Для них всегда в приоритете будет убийство чужака или добычи, уже только после этого они начнут, ну, сражаться между собой. В поисках нового вожака.
Чтож, это кое-что проясняет. Безоговорочное подчинение в тройках Волкодавов. Их просто нечеловеческую жестокость. Так они оказывается и нелюди по сути. Прервав свои размышления, Норван спросил:
- Становится все сложнее и сложнее. И что мы будем делать с этими лугару?
- Лугару не берутся из неоткуда. Местные горцы тесно связаны с духами природы и могут подсказать что-нибудь дельное. Да и полнолуние прошло, а значит проклятие начнет ослабевать. Хотя даже днем, в своей человеческой форме, лугару опасны.
- Хм, в таверне Волкодавов ходят слухи о какой-то ведьме, - припомнил Норван. - Насколько слышал, она занимается какими-то опытами над пленными. Нам нужно торопиться. Мы и так уже слишком долго возимся. Есть какие-нибудь идеи по поводу горцев?
- Есть пара мыслей, - кивнул Гаурус. - Если я все правильно понял, заручиться их помощью может быть проще, чем я думал. Пошли. К вечеру должны добраться.
В подробности рыцарь вдаваться не стал. Просто собрал немногочисленные пожитки и отправился дальше вглубь леса, сходя с проторенной дороги. Все такой-же мрачный и встревоженный.
Монстры. Норвану в своей жизни редко доводилось пересекаться с чем-то подобным. Он житель городов, а в оплотах цивилизации свирепые чудовища не встречаются. В людских обителях больше ценятся хитрость. И вот ему предстоит сойтись с лугару. Вроде как они далеко не самые страшные порождения лесов, но точно не те противники, которых будет просто одолеть беглому убийце. Уж точно не в прямой битве. Нужно что-нибудь придумать. Гаурус говорил, что они уязвимы для серебра. Вариант не лучший, но если у горцев не найдется способа проще, придется что-нибудь придумать на его основе.
А самого Гауруса эти твари переполошили не на шутку. От его обычной самоуверенности почти ничего и не осталось. Благородный рыцарь превратился в перепуганного пацана. Достаточный повод для волнения.

Взгляд Гауруса.
Страх перед неминуемым будущим сковывал рыцаря, лишал сил и тянул в темную пучину отчаянья. Он ничего не мог противопоставить лугару. Они были сильнее всех тех тварей с Пустоши, с которыми сталкивался Шумейкер. Об оборотнях Гаурус знал слишком мало. Недостаточно, чтоб составить стратегию борьбы. Лишь слухи да байки старых рыцарей. И вот теперь с ними придется сражаться. Самому, без надежных товарищей. Норван, безусловно, человек талантливый, но как боец он так себе.
Глубоким вздохом рыцарь попытался успокоиться. Он не может сейчас поддаться отчаянью. В конце концов, не тот ли это шанс, что он ждал? Лугару сильны. Но не неуязвимы. Они все еще смертны. Слабое утешение. Но лучшего сейчас у него все равно нет. Так что единственное, что ему остается, это идти вперед. Идти и надеяться на лучшее.
Лес жил своей жизнью, приветствуя незваных гостей многоголосицей диких птиц. Мелкие звери разбегались в страхе, крупные держались настороженно, готовые в любой момент броситься наутек. Краем глаза Гаурус заметил метку. Метку, указывающую на границу внутренних земель клана Аруз`Рекка. Времени для дальнейших переживаний почти не осталось.

16 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Подножье Пограничного Хребта. Вечер.
Горцы не заставили себя долго ждать. Стоило ступить на их внутренние территории, как Гаурус ощутил на себе пристальное внимание чего-то. Легкий, безразличный взгляд следил за каждым движением, оценивая, ожидая. Чуждый, неправильный взгляд.
Постепенно уклон становился все круче, а лес реже. И вот, спустя чуть более получаса от границы, путников остановили окриком:
- Эй, а ну стой!
Охотники горцев появились буквально из неоткуда. Словно сам лес скрывал их от чужого взора. Впрочем, скорее всего так и есть. Ну что-ж, пришло время узнать, насколько верными были выводы, сделанные рыцарем из краткой беседы с духом.
- Я Гаурус Шумейкер! И я пришел просить вашей помощи в поиске Рорика Мейна! - было ответом охотникам клана Аруз`Рекка.

16 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Поселение клана Аруз`Рекка. Дом вождя.
Путь до поселения клана занял остатки дня. От Солнца осталась лишь небольшая красная искра, что из последних сил противостояла ночной тьме. Тайные, сокрытые тропы быстро вывели путников из лесного полога, направляясь все дальше в горы. Аруз`Рекка расположились на пологом участке склона, в небольшом отдалении от лесной границы. Дома располагались свободно, не стесненные никакими защитными валами или чем-то подобным. Защитой горцам служили зачарованные черепа, расставленные по периметру поселка. Пройдя мимо них, Гаурус почувствовал легкий, почти невесомый барьер. Такой разве что зверей да не особо сильных духов отпугнет. В теории.
Дом вождя представлял собой крупное здание, выполненное из дерева и камня. Гостей уже ждали. На огромном очаге в центре главной комнаты уже готовилась еда. Жар, смешавшийся с запахами специй, дыма и жареного мяса проникал в самые потаенные уголки уставших за долгий день душ.
Вождь был здесь-же. Мужчина средних лет, темные длинные волосы которого были заплетены в несколько кос. Густая борода обрамляла неожиданно доброе и дружелюбное лицо. Одет вождь был в темно красную рубаху и черные штаны. На поясе вождя был пристегнут широкий клинок, длиной примерно в предплечье хозяина. Украшенный янтарем и резьбой, он вызывал смутное чувство беспокойства. Это явно не простое оружие. Вождь сидел на расстеленных по пол шкурах различных зверей. Рядом с ним приютились старик со старухой. И если старик ничем особым не выделялся, то вот старуха была с ног до головы покрыта различными украшениями из костей и перьев. Ее разноцветные одеяние в свою очередь были расшиты вязью различных рун. Шаманка, не иначе.
- Вечер добрый, дорогие гости, - поприветствовал пришельцев вождь, широким жестом указывая на свободные места на шкурах. - Садитесь, в ногах правды нет.
- И вам добрый вечер, вождь. Спасибо за ваше гостеприимство. - ответил Гаурус, садясь на предложенное место на полу. Норван сел рядом, так же обронив пару приветственных слов.
- Ну что-ж, пока готовится ужин, обсудим дела. Не люблю ходить вокруг да около. Редко у нас таких больших гостей увидишь. Что от нашей скромной деревни могло понадобиться городскому ворожею?
- Я здесь, чтоб просить вашей помощи, - начал Гаурус. - В Фейнстоне пропал наш друг. Торговец по имени Рорик Мейн. Насколько мы знаем, его похитили бандиты, что зовут себя Волкодавами.
- Интересно. Занимательно, - протянул так и не представившийся вождь. - Вот только к нашему клану это какое отношение имеет?
- Волкодавы не собираются останавливаться на Фейнстоне. Они собирают людей и ресурсы. Скоро они начнут грабить не только горожан. Сомневаюсь, что они оставят вас в стороне. Это во-первых. А во-вторых, среди Волкодавов есть лугару. И, как мне кажется, об этих монстрах вам известно побольше моего.
- Угрозы неясным будущим, ну допустим. Тогда вот такой вопрос, ворожей. Зачем тебе это? Советую хорошенько обдумать свой ответ, Гаурус Шумейкер. Не торопись. Кстати, к тебе этот вопрос тоже относится, Норван из Нортуса.
Неожиданно, но вождь знал их имена. Впрочем, сейчас не особо важно, откуда. Гаурусу казалось, что из всех заданных вопросов, только этот имеет значение. Только этот на самом деле интересен вождю.
- Я просто возвращаю Рорику один старый должок. Когда-то он меня спас. Моя очередь, - с неохотой ответил Норван. Как всегда, нервный и дерганный.
- Рорик мой друг, которого я не могу бросить в беде, - ответил Гаурус, предчувствуя что-то неладное.
- Ну вот, сэр рыцарь. Так как вы врете не столько мне, сколько сами себе, я дам вам еще одну попытку. Но в этот раз подумайте хорошо. Очень хорошо. Скажу сразу, чтоб вам проще было. Я уже решил, как поступить. И ваш правдивый ответ это решение не изменит.
Реакция вождя поставила Гауруса в тупик. У него не было другого ответа. Да и какой ответ от него ждет этот горец? Рорик и вправду для него друг. Ответить как и Норван? Нет, это будет, во-первых жалко выглядеть, а во-вторых точно не являться “правдой”. Гаурус здесь не из-за чувства долга перед Мейном. Он здесь из-за их дружбы. Из-за того, что его друг в беде. Ведь так? Или есть что-то еще? Впрочем, ответ на этот вопрос Шумейкер всегда знал. И этот ответ его не устраивал. Но, похоже, вождю он был известен. Так что, собравшись с духом, рыцарь произнес:
- Умеете же вы до людей допытываться. Ладно, - тяжелый вздох. - Я просто хотел сделать что-нибудь значимое. Что-то, за что мной будут гордиться. Что-то, за что меня похвалят. Хотел стать кем-то значимым. Хоть для кого-нибудь.
- Ну вот, совсем другое дело, - вождь широко улыбнулся, разведя руки в сторону. - Впрочем, извините меня. Я до вас тут допытываюсь, хотя сам даже не представился. Невежливо это. Меня зовут Мархар. Как вы правильно догадались, я вождь клана Аруз`Рекка. О вас я узнал, если хотите знать, от духов. Они узнали, что в городе появился сильный ворожей, друг которого заигрывает с подручными ведьмы Олифии. И вот неожиданно они на моем пороге. Вот так диво.
Прежде чем Гаурус успел ответить, Норван, еще сильнее напрягшись и невзначай положил руки поближе к оружию, сказал:
- Я работаю с Волкодавами только ради информации о Рорике. Я чую, что они как то связаны с его пропажей.
- Хах, не оправдывайся, в общих чертах я уже все знаю. Если бы вы пришли сюда с какими-то злыми мыслями, мы бы не разговаривали. Духи такое хорошо чуют.
- Ладно, допустим, - заговорил Гаурус, пока Норван медленно расслаблялся. - И что же вы решили? Поможите нам вытащить Рорика?
- Немногим, но помогу, - кивнул Мархар. - Надеюсь, мы не единственная ваша надежда. А то хреново нам будет.
- Не единственная. Я нашел какую-никакую, но поддержку в городе, - вставил свое слово Норван. - Только им нужно будет доказательство, что ваш клан вмешается. Вы там вроде даете друзьям какую-то штуковину.
- Есть такое, да. Уже хоть что-то. Ладно, ужин уже должен быть готов, так что прошу к столу.
Трапеза была скромной, но тем не менее вкусной. Шашлык из дичи, лаваш, тан. Гаурус слышал, что у фейнстонских горцев довольно своеобразная кухня, но попробовать ее рыцарю довелось впервые. И судя по озадаченности Норвана, Шумейкер в этом не одинок.
- Рорик был одним из тех немногих торговцев, которого мы были рады видеть, - рассказывал Мархар после еды. - Он многим помогал моему отцу еще. Собственно, Рорик был среди тех немногих городских, которых мой отец уважал.
- И чем Рорик заслужил такое отношение? - спросил Норван.
- О, давно это было. Мейн только переехал сюда и организовал здесь свой торговый дом. В те времена у нас тут хозяйничали Полуночные Коты. Ловили рабов и продавали кому не попадя. Говорят, даже на юг вывозили товар. Ну так вот, как-то раз, когда у нас конфликт с соседями был, Коты к нам заявились и почти всех увели. Тяжелое было время. Собственно, тогда и пришел Рорик и предложил помощь. Привел с собой небольшой отряд наемников. Увы, всех мы спасти не смогли тогда, но за несколько лет выбили отсюда Котов. Да так, что больше они сюда не суются.
- Хм, никогда не слышал, чтоб Рорик занимался чем-то подобным, - задумчиво проговорил Гаурус. - Хотя, Рорик в целом не особо любил про прошлое говорить.
- Ну, старое мы еще успеем повспоминать. Итак, вы говорили, что среди этих Волкодавов есть лугару и Олифия. Тогда нужно будет подготовиться. Полнолуние уже прошло, но Луна все еще яркая. Ну, наш шаман знает, что с проклятыми делать. Так что с ними будет не так трудно. Другое дело сама Олифия. С ней вряд-ли будет просто.
- Кто она?
- Ведьма. Или скорее ворожея. Родом она отсюда, с гор. С другого клана только. Мертвого уже. Не знаю точно, что с ним случилось, а духи не хотят об этом говорить. Но Олифия точно как то с этим связана.
- Как давно это было?
- Да несколько лет назад. И насколько мы смогли понять уже после того кошмара, в нем были замешаны лугару. Впрочем, тот клан всегда был, эм, неправильным? В общем, духи их старались стороной обходить. Так что не удивлюсь, если у них там проклятые перевертыши жили.
- В Фейнстоне, в бойцовых ямах Волкодавов, лугару называли “воспитанниками Олифии”. Так что может статься, что она занималась экспериментами с лугару еще у себя в клане.
- Чтож, у вас есть план? - спроси вождь, набивая трубку табаком.
- Будет. Сначала нужно объединиться с союзниками в городе и уже там решать, что будем делать.
- Тогда не будем тянуть и завтра поутру отправимся в город. За завтра наши шаманы подготовят все против монстров. Об этом не волнуйтесь.
Попрощавшись с вождем и направившись в хижину, Норван сказал невзначай:
- Хм, просто хочешь чего-то добиться и чтоб тебя уважали? Неожиданно. Я-то думал, что в тебе только возвышенные идеалы о чести и долге. А ты оказываешься человечней, чем я думал. Ну, спокойной ночи.
- Я тоже удивлен. Тем, что у тебя не нашлось никаких скрытых мотивов, а лишь желание вернуть старые долги. Удивительно. Спокойной ночи, Норван.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

Фатумы. Рокот

Жанр: фэнтези, роман

Глава пятая

Нет деяния порочнее, чем колдовство, ибо всякая магия есть темный дар Падших, их насмешка над волею Трех. Порча, коей демоны отравили Сущее, оружие, коим они вершат свои козни. Маги отрицаю Законы, переписывают их сообразно своим желаниям и греховной натуре.
"Либро де Трес, Завет Кодмаила".

Взгляд Норвана
14 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Вечер.
Этот вечер, как и несколько вечеров до этого, Норван встретил в крошечной комнатке, расположенной в «Рудокопе». Как и несколько вечеров до этого, встретил он этот вечер уставшим, вымотанным и разбитым. Последние пару дней он только и делал, что либо кроваво работал на Волкодавов, либо собирал по городу слухи со сплетнями, выискивая остатки истребленных банд. Большая часть зацепок ни к чему не привела. И лишь пара улик оказались стоящими. Первая – местный алхимик. Раньше он промышлял изготовлением различных запрещенных зелий. Благо местные горы изобилуют необходимыми для этого травами и грибами. В целом, сейчас он занят примерно тем же самым, правда отдает почти все Волкодавам. Второй – в прошлом правая рука главаря одной из банд. Предал своего товарища в пользу Волкодавов. Сомнительный кадр. Ненадежный. Так что если с кем-то из них и рисковать, то все же алхимик выглядит надежнее.
С жалобным щелчком и хрустом последняя деталь рукояти встала на свое место. Внимательно осмотрев и пару раз стукнув об каркас кровати, Норван удостоверился, что камень закреплен надежно. Затем достал из под кровати короткий, сантиметров в сорок длинной, клинок. По всей его поверхности шли тонкие линии синеватого цвета. Втравленные в сталь фрагменты грозового камня, что послужат проводником. Осмотрев клинок со всех сторон, убийца поскреб одну из линий кинжалом. Та осталась на месте. Раствор надежно закрепил камень в стали. Еще несколько минут потребовалось на сборку всего изделия воедино.
Хмм. Меч явно стал немного тяжелее, да и баланс сильно сместился в рукоять. Немного неудобно, но ничего фатального. Сделав глубокий вдох, Норван перешел к последнему шагу проверки. Посильнее вдавив навершие в рукоять, Норв услышал громкий щелчок. Вслед за этим клинок низко загудел, по нему зазмеились электрические разряды. Вроде все работает нормально. Рукоять сильно греется, но с этим ничего не поделаешь. Удовлетворившись проделанной работой, убийца отключил опасное изделие и вложил в ножны. Какое никакое, но все же преимущество.

14 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Логово Волкодавов, поздняя ночь.
Как и всегда, логово Волкодавов встретило Норвана оживлением. Самые разные люди и нелюди, одетые в красное или иные цвета, мельтешили и голосили. Внутри царили удушливая жара и едкий дым, обжигающий глаза и разрывающий горло. Но в этот раз путь беглого преступника окончился не в главном зале. Возвращаясь нагруженным с очередного рейда, он последовал за Кейном во внутренние помещения бывшей таверны.
- Сюды. - проворчал старый разбойник, открывая не сильно замаскированный люк.
Спустя довольно длительный спуск внизу оказался просторный коридор, обшитый деревом. В отличии от самой таверны, здесь было приятно прохладно. Окончился коридор просторной комнатой, что служила складом всего награбленного Волкодавами. Ящики с рудой, бочки с вином, самое разное добро из ассортимента местных торговцев. И всего этого неожиданно много. Помимо входа, через который пришел Норван, со склада было еще три выхода. Сложив добычу у дальней стены, Норван окинул взглядом все это разнообразие.
- Ты эт, даже не думай чего утащить. У нас тут эта, бугалтерия ведется. - серьезно пригрозил Кейн.
- Ага. Неплохо вы тут напасли. Куда это все потом? В Глард?
- Че в Глард, че осядет у Синдиката, че еще у кого. Лан, пошли, нече тут болтаться.
Кивнув, “Лам” пошел за старым разбойником наверх. И лишь едва слышные крики из правого коридора намекали, что тут хранится и живой товар. Немного позднее, слушая пьяные россказни Волкодавов, Норван удостоверился в своих умозаключениях. Бахвальство об обширных темницах под таверной, куда утаскивают всех неугодных. О том, как над пленниками ставит свои непонятные эксперименты местная ведьма. Как она приносит там жертвы своим темным покровителям, получая в обмен красоту и могущество. Непонятно только, что из этого правда. Но сама перспектива пугает.

15 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Лавка алхимика.
Жилище алхимика расположилось за городской чертой, неподалеку и слегка в стороне от северных ворот. Представляло оно из себя средних размеров двухэтажное здание из серого кирпича, заросшее лазой. Окружал строение выше человеческого роста забор, полностью скрывавший происходящее в своих пределах.
Как бы то ни было, двустворчатые ворота были открыты и никак не препятствовали гостю. Проходя через них, Норван почувствовал, будто прошел сквозь тонкую вуаль холодного воздуха. Видимо, все же это не простая ограда. Внутри, помимо основного здания, приютились строение поменьше и небольшой сад, состоящий из нескольких деревьев и клумб со странными, совершенно не декоративного вида растениями. Алхимик нашелся здесь-же. Низкого роста и крепкого коренастого телосложения, алхимик оказался цвергом в самом расцвете сил. Его квадратное лицо носило на себе следы неудачных экспериментов, принявшие вид нескольких ожогов. Круглые очки в простой деревянной оправе взгромоздились на нос. Левый глаз так-же пострадал, став молочно белым. Короткие волосы и борода имели обычный для цвергов насыщенный медный цвет.
- Доброго утра, юноша, - не отвлекаясь от прополки растений, поздоровался алхимик. - Если у вас ничего срочного, то подождите немного, сейчас закончу, и обговорим.
- Здравствуйте. Разумеется, не торопитесь.
Ожидая, пока цверг закончит, Норван осматривал окрестности. На первый взгляд, самый обычный сад. Хотя, если приглядеться, некоторые растения здесь были довольно подозрительными. Точнее не сами растения, а зелья, что из них можно изготовить. Хм.
Алхимика ждать долго не пришлось. Быстро закончив со своими делами, цверг махнул рукой Норвану, приглашая того с собой в основное здание. Сразу после входной двери было помещение, обустроенное под лавку. Несколько стеллажей с различными склянками, сушеными травами и прочим вполне обыденным ассортиментом для подобного магазинчика.
- Итак, меня звать Ингваром, - представился цверг, положив на стол корзинку с плодами темно красного цвета. - Кем будете да чем помочь?
- Лам. И пришел я к вам купить Кулайна Обыкновенного. - ответил Норван, скрестив руки на груди, невзначай выставив по три пальца на каждой.
- Хм, с Нортуса значит. Далеко забрался. Только тебе не ко мне вопросы решать. Я уже все, того самое. Сейчас тут Волкодавы верховодят. Вот и ним и иди.
- Да, я это уже знаю, - ответил “Лем”. - Но тем не менее я пришел к вам. Синдикат не очень рад тому, что у вас тут происходит.
- Охренеть не встать, “вовремя” же они зашевелились. Поздно метаться уже, все. - цверг раздраженно развел руками.
- Не горячись. Спокойнее. Меня сюда послали не для того, чтоб договариваться с Волкодавами. Синдикат в этом не заинтересован. Начальство предпочло бы, чтоб все вернулось на круги своя.
- Хм, так значит это ты в последнее время по городу шатаешься да выспрашиваешь разное, - проворчал алхимик себе под нос, царапая щеку. - А не боишься, что я тебя Волкодавам то и сдам за какие-нибудь коврижки?
- Сдай. Может быть, тебя за это хозяева погладят да бросят какую-нибудь лишнюю кость. Ну или конуру посвободнее дадут, - Норван внутренне усмехнулся, глядя, как цверг медленно закипает злостью. Правильно, злись. - Вот только долго все это продолжаться то не будет. Думаю, скоро красные воспитают себе более верных алхимиков, разберутся в рецептуре. И все, столь опасный союзник им будет не нужен. Интересно, похоронят ли они нас рядом, или просто скормят собакам, как думаешь?
- Ха, языком неплохо мелишь. Только толку то от этого? - Несмотря на свое раздражение, алхимик держит себя в руках. Но Норван явно задел его за живое.
- Разумеется, я пришел к тебе не с пустыми руками. У меня есть отряд наемников. Помимо них, у меня есть рычаги среди горцев. И вот я пришел к тебе, Ингвар, чтоб предложить сделку. Когда я скажу, подними всех, кого сможешь. Объединим силы. И вернем тебе твой город. Возможно в будущем Синдикат усилит за вами надзор, но это все по воде писано. Ну или можешь просто ждать, когда от тебя избавятся. Как по мне, лучшего шанса для тебя не представится.
По ходу речи цверг все больше хмурился. И в повисшей тишине он размышлял своим порочным разумом, выискивая для себя наибольшую выгоду. Промолчав довольно долго, он наконец ответил:
- Гнилью от тебя несет, парень. С горцами говоришь, договорился. Друзьям своим они особую цацку дают. Покешь. - Цацку? Внутренне Норван выругался. Гаурус, мать его, ни о чем таком не говорил.
- Хм, ты серьезно думаешь, что такую подозрительную вещь я буду при себе носить? - только и смог придумать “Лам”.
- То есть нет цацки, - взгляд цверга был переполнен подозрительности. - Ну уж рискни и принеси. Сам понимаешь, наслово тут верить не приходится. - алхимик развел руками.
- Ладно, принесу. Не сегодня, но вскоре, кроме тебя у меня тут и другие дела есть. Но не теряй время даром, его у нас мало.
- Уж сам разберусь. Если все, то иди, мне работать нужно. - Ингвар махнул рукой, выпроваживая гостя.
Тому ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Покинул дом алхимика Норван в дурном настроении. Дело, что представлялось простым, пошло далеко от желаемого. Хотя и не все так плохо. Вроде, этот цверг не собирается сдавать “Лама”. Да и сам Ингвар не собирается просто ждать, когда за ним придут. А с этим работать уже можно. Ну чтож, видимо теперь все зависит от того, получится ли договориться с горцами.

Взгляд Гауруса.
13 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Поместье, раннее утро.
Слабое, только зарождающееся Солнце едва освещало гостевую комнату. Служанка, что составила Гаурусу компанию ночью, уже ушла, оставив того в одиночестве. Тишину только просыпающегося дома нарушали лишь едва слышные переговоры прислуги. Рыцарь же тем временем собирался на утреннюю прогулку. Прогулку, целью которой было прояснения сложившихся вопросов. Именно в подобные моменты особенно остро встает некоторая однобокость и неполноценность образование, что получают рядовые рыцари. Шумейкер неплохо знал боевую магию. Но вот иные направления. С ними была беда. Хоть он и знал базовые основы магии, без знания точных нюансов конкретного направления многого не достичь. Хорошо, что многого и не нужно. Пристегнув меч и прихватив купленные вчера реагенты, Гаурус направился к выходу из поместья. Его целью была лесная чаща. Место, в котором проще всего будет призвать какого-нибудь не особо сильного духа.

13 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Лесная чаща.
Спустя несколько часов блужданий, подходящее место все было найдено. Относительно чистое, без густого кустарника или слишком высокой травы. Пара массивных деревьев образует арку. Ну и едва уловимый ручеек, что берет свое начало в Царстве Снов, обители природных духов. Слишком слабый, чтоб на призыв откликнулся кто-то слишком проблемный, но достаточный, чтоб зов в принципе был услышан кем-то малым.
В далекие времена обучения Гаурусу приходилось призывать себе на службу фамильяров. Правда, обычно он призывал малых и почти безобидных демонов. И никогда не делал этого в одиночку. Ну, природные духи не настолько опасные, так что все должно нормально пройти. В теории.
Около часа ушло на подготовку. Долгую и утомительную подготовку. Но итог того стоил. Оба дерева украшали вырезанные руны призыва, а между стволов, испуская густой горький дым, пристроился небольшой костерок, в котором тлели различные травы. Поставив около костерка плошки с медом и молоком, рыцарь сел в неудобную, но необходимую позу и сплел пальцы в замысловатом жесте. После чего принялся зачитывать строки заклинания, над которым работал последние пару дней. И мир откликнулся. Только начав, Шумейкер почувствовал, как искажается Брахман, подстраиваясь под творимую ворожбу. Как его колебания перестраиваются. Почувствовал, как только-что невозможное, становится возможным. Как воля становится явью. Вскоре колебательный контур заклинания был завершен. Дым от костра, вопреки ветру, стал складываться в фигуру какого-то небольшого зверька. Становясь все гуще, по итогу он стал временным подобием плоти. Дух принял облик довольно странного животного, чего-то среднего между кошкой и оленем. Заглянув в глаза Гаурусу, дух сразу принялся за предложенное угощение.
- Согласен на разговор. Уже неплохо, - пробормотал рыцарь, наблюдая за “трапезой” духа. - Ну чтож, я тебя надолго не задержу. Всего несколько вопросов, хорошо?
После непродолжительной паузы Гаурус ощутил, как дух осторожно прикасается к его сознанию, выражая свое раздраженное согласие.
- Спасибо большое. Недавно в городе пропал мой друг. Его зовут Рорик Мейн. Знаешь, где он сейчас? - подкрепляя свои слова, маг представил образ самого торговца.
“Молчание” духа было недолгим. Страх, отвращение. Оглушительный грохот городской жизни. Вонь собак и крови. Привкус полнолуния. Женский повелительный голос. Жар клейма. Хватка кандалов. Жажда тепла. Красный. Все это промелькнуло в сознании Гауруса сплошным потоком. Вслед за этим пришли первые признаки надвигающейся головной боли.
- Ух, понятно. Уф. Ну чтож, тогда еще один вопрос. Здесь в горах живут люди, что называют себя кланом Аруз`Рекка. Что ты о них можешь рассказать?
Дары. Гордыня. Покровительство. Пение орла. Свобода небес. Забытые и покинутые. Связанные с потерянным. В этот раз ответ духа был спокойнее. Он не обрушивался в сознание, подобно водопаду, а скорее был похож на неспешно текущую реку. Занятное различие. Интересно, это из-за того, что Рорик житель города, или он чем-то рассердил фей? Ну да ладно. Потерев виски, Гаурус взглянул на духа. Тот уже закончил с угощением и сидел у мисок, наполненных какой-то мутной жижей. Его темно синие глаза глядели с предостережением.
- Мне стоит ожидать чего-то плохого?
Предчувствие беды. Судьба, полная лишений. Путь, идущий во тьме. Хм, пророчество. И, как всегда, о плохом. Когда уже начнут предсказывать хорошее? Но, несмотря на “сказанное”, рыцарь поклонился духу, сказав:
- Спасибо за предостережение. Я буду осторожен.
После этих слов Шумейкер развеял заклинание, и фея вернулась обратно в свой мир, оставив после себя лишь облако горького дыма. Пора возвращаться.

15 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Бойцовые ямы Фейнстона. Ночь.
Эти несколько дней прошли довольно нудно. Встречи с держателями рудников, посиделки с Даниэлем либо же ужины у Дрента. Собственно, там то Гаурус и получил приглашение посетить одно “редкое, но при этом довольно занимательное предприятие”.
Занимательное предприятие оказалось небольшой фермой, что стояла в отдалении к северу от города. Солнце уже давно погасло, уступив небесное царство полной Луне, что заливала своим серебристым светом бренную землю. Хорошая сегодня ночь. В конце концов, полная Луна благоволит магии.
- Более чем уверен, что подобного вы даже в столице не видывали, сер Шумейкер. Это наша в своем роде уникальная, так сказать, достопримечательность, - хвастался граф.
Несмотря на столь поздний час, вокруг фермы было довольно оживленно. Бесформенные тени, лишь отдаленно напоминающие людей, скрывались во тьме, внимательно наблюдая за гостями, пришедшими посмотреть на “уникальную достопримечательность”. Одетый в красный плащ привратник бросил быстрый взгляд на графа и сразу же распахнул дверь, пропуская новоприбывших внутрь. Там, в одной из пустующих комнат нашлась лестница, ведущая под землю. И вот, короткий спуск спустя, Гауруса встретили жар, запах дыма и гул голосов, от набившихся сюда людей.
Пространство под фермой представляло собой укрепленную и расширенную пещеру, подготовленную для проведения боев. В самом ее центре, в небольшом углублении располагалась закрытая решеткой арена, на которую вела пара ворот. Вокруг же арены, пятиступенчатой лестницей, выстроились ряды простеньких сидений, почти полностью забитых народом. Остались свободными лишь места явно для привилегированных гостей, расположенные особняком от остальных. К ним то и направился Кроннер. В помещении густой патокой разливалась напряженная атмосфера нетерпения. Множество людей переговаривались, кричали, спорили. И все они предвкушали.
Ждать осталось недолго. Вскоре после Гауруса прибыли еще несколько гостей, занявших места неподалеку от юного рыцаря. И вот, в полночь, Даниэль встал со своего места и обратился к собравшимся:
- Дамы, господа, рад видеть вас всех тут этой ночью! В общем, не первый раз мы с вами тут видимся, так что в сторону лишнюю болтовню! Сегодня у нас особенно буйные воспитанники Олифии! В общем, чего тянуть! Открывайте ворота! И да польется кровь!
По мере того, как Даниэль кричал, до слуха Шумейкера стали доноситься иные, едва уловимые, чуждые звуки. Скрежет. Рычание. Но недолго рыцарю пришлось размышлять об их источнике. Стоило воротам подняться, как из них, под радостные крики и жадные взоры вышли “воспитанники”.
Гаурус пришел сюда с мыслью, что увидит здесь что-нибудь далекое от норм морали. Что-нибудь, что способно удовлетворить нужду старого аристократа, что давным-давно пресытился обычными зверствами. Но к подобному он оказался все же не готов.
Они были никак не меньше трех метров ростом. Любой нормальный человек, увидев их, не испытает трепета. Его будет ждать лишь животный ужас, что сменится агонией и смертью. “Воспитанники” оказались лугару, людьми, что под действием проклятия стали монстрами. Чудовищными волками, что встали на задние лапы, ведомые лишь животной яростью и зовом полной Луны.
Их чудовищный вой сотряс пещеру, разорвав ликующие крики толпы. В следующее мгновение два монстра сошлись, терзая друг друга, грызя и рвя. Впервые в жизни Шумейкер своими глазами видел лугару. Но этот первый раз намертво врезался в память, оставшись с ним до самого конца, выжженный в памяти их слепой и первородной яростью.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

Фатумы. Рокот

Жанр: фэнтези, роман.

Глава четвертая.

Фаэтон, Третий мир. Мир, основа которого – многочисленные циклы. Циклы Солнца и Луны. Цикл жизни и смерти. Но, пожалуй, главнейшим и самым загадочным из них является так называемый цикл Резонанса и Диссонанса. Проследить его непосредственно сложно, так как происходит он по большей части в незримых уголках вселенной. Но вот влияние его переоценить невозможно. Именно он является источником величия древних империй. И именно он принес гибель и забвение тем, кто был до нас. Воистину, в этом цикле скрыты великое благо и не менее ужасное проклятие.
«Загадки мироустройства», Алерна Борко, 612 с.о.

Взгляд Норвана
10 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Улицы ночного Фейнстона.
Медленно, но верно Солнце покидало свою небесную обитель. Становясь все меньше и тусклее, в итоге оно оставило от себя лишь небольшой блеклый образ, который вскоре погас, уступив место звездам. Помнится, когда то давно Норвану рассказывали, что Солнце не всегда было неподвижно. Мол, вот еще недавно оно бродило по небу, подобно Луне. Интересно, если это так, то что его остановило? Ну да сейчас «Ламу» было не до старых сказок и легенд. Укрытые поздними семерками, он с группой Волкодавов открыто шел по городским улицам. Возвращающиеся в город жители предпочитали держаться как можно дальше от отряда бандитов.
Всего в отряде Волкодавов насчитывалось дюжина человек. И лишь половина из них имели красные плащи. Кейн, парочка его давних прихлебателей. Еще одна подобная тройка. Остальные же, судя по всему, как и Норван желали присоединиться к красным головорезам. Похоже, старик не врал, и Волкодавам взаправду нужно как можно быстрее увеличивать численность. Интересно, найдется ли у них достаточно крепкий поводок, способный удержать в узде всю эту ораву?
Выйдя примерно к центру городка, группа разделилась. Остается пожелать новобранцам лишь удачи. Ведь участь тех, кто подобные испытания не проходят, обычно крайне незавидна. Ну да туда им и дорога. Норвану и без них было о чем побеспокоиться. Довольно скоро группа Кейна достигла места назначения. Им оказался небольшой, но в целом опрятный дом. На небольшом отдалении от него старый разбойник командовал:
- Работаем так значит. Дих, Мерк, на шухере. Остальные со мной в хату. Быром нагрянули, шороху навели, урок показали.
От слов быстро перешли к делу. Незнакомый Норвану волкодав одним пинком выбил дверь. Семья состояла всего из пятерых человек. Старика, мужчины и женщины и двух детей. Застигнутые врасплох люди не смогли оказать хоть сколько-то значимого сопротивления. Крики и вопли быстро оборвались под ударами кулаков и тяжелых ботинок. Активнее всех сопротивлялся дедок, но топор Кейна остановил его, раскроив череп. Весь этот акт жестокости занял всего ничего. Как же легко бывает разрушить привычный уклад и привнести ад в людские жизни.
- Ну че, дружок, - обратился Кейн к стоящему на коленях главе семейства. – Тя же предупреждали. Иль ты думал, че мы шутим? Эт ты зря. Ой ля зря.
- Заплачу я, честно! Бригадир зарплату зажал, но скоро выплатит! Пожалуйста, погодите немного!
Но старый головорез уже не слушал бедолагу. Достав нож, он приказал второму новичку:
- Держи гниду, чеб не дергался шибко, - после чего повернулся к «Ламу» и протянул ему нож. – Ну а ты прояви фантазию. Чеб понятно было, че платить вовремя надо.
И все это даже не ради выбивания самого долга, а лишь ради устрашения. И из-за сколь малого люди становятся монстрами друг для друга. Ну, поделать с этим Норван все равно ничего не мог, как бы гадко это ни было. Пока рано. Загнав гордость и нравственность пока подальше, Норв взял нож и подошел к бедолаге. Пока рано. Потом, когда убийца останется в одиночестве, он будет сожалеть и раскаиваться. Но не сейчас. Сейчас он «Лам», преданный и исполнительный парень, что очень хочет на себе примерить красный плащ.

10 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Глубокая ночь, трактир «Косматый рудокоп».
Давно уже Норван не чувствовал себя настолько гадко. Давно он не опускался так низко. И не смотря на глубокую ночь, спать совсем не хотелось. В ушах все еще слышался крик должника. Перед глазами все еще стоял образ его обезображенного тела. А уж о том, что сотворили с его женой, Норвану даже думать не хотелось. Да, не к подобному был привычен «Лам». Не к показательной жестокости. Но сделанного не воротишь. Хотя это и не значит, что нужно простить. Чтож, безызвестный должник, вряд ли это тебя утешит, но знай, что умер ты не напрасно. Твоя жизнь и муки послужили надежным фундаментом. Осталось на его основе построить все остальное. Потихоньку, кирпичик за кирпичиком.
Теперь у Норвана к Волкодавам еще больше вопросов и претензий. Не один лишь Рорик. Не то чтоб убийце было жаль замученного бедолагу. В конце концов, Норван не заставлял его брать в долг у кого не нужно. Неприязнь у Норва вызвала неприкрытая и совершенна излишняя жестокость Волкодавов. То, на сколько обыденной она была. Хотя, чего, в конце-то концов, еще можно ожидать от обычной уличной шпаны, дорвавшейся до власти.
Только вот их слишком много. Но, если исходить из увиденного сегодня, вряд ли Волкодавов тут сильно любят. Да, город под себя они подмять смогли, воздвигнув свое правление на страхе и терроре. Вот только это не самая надежная опора. Со временем они становятся все привычнее. Все обыденнее. И с каждым днем насилия требуется все больше и больше. Вот только эта гонка обречена на провал с самого начала. Ведь помимо страха, насилие вскармливает ненависть. И достаточно будет лишь искры, и все их правление сгорит, оставив после себя лишь горький пепел воспоминаний. Значит, первым шагом станет поиск недовольных. Остатки других банд, что хотели бы вернуть город себе. Стражников, которым хотелось бы большей доли. В конце концов, обычных торговцев и рудокопов, что страдают от Волкодавов больше всего. Столкнуть их всех вместе, и пока город пылает, проникнуть в самое сердце логова головорезов. Если где и можно найти улики о судьбе Рорика, то только там. В целом, похоже на план. Размышляя над подобным, Норван все же погрузился в мятежный сон. Завтра будет очень долгий день.

Взгляд Гауруса
11 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Лес близ Фейнстона.
Погода не радовала с самого утра. Тяжелые серые облака заволокли все небо, скрывая только начавшее разгораться Солнце. Все шло к тому, что ближе к полудню пойдет дождь. Ну, подобные глупости в целом не повлияли на планы Гауруса. Так что, это сумрачное утро рыцарь застал в лесу, одетый в камуфляжный плащ и вооруженный охотничьим арбалетом. В целом неплохой экземпляр, хотя жутковатые наконечники вызывали у Гауруса не самые приятные мысли. Тем более если учитывать, что у его спутников имеются аналогичные.
Местная «знать» все больше настораживала рыцаря. Подобно Даниэлю, новые знакомые, с которыми ранним утром познакомил Шумейкера барон, совершенно не внушали доверия. Слишком уж они были похожи на бандитов с большой дороги, нежели на благородных. Интересных личностей у себя привечает граф. Опасных.
На одном из деревьев Гаурус заметил рад странных зарубок, складывающихся в причудливый узор. На вопрос рыцаря о них, Даниэль пояснил:
- Это метки горных дикарей. Отмечают границы клановых владений. Собственно, от сюда на юг, дальше в горы, владения клана Аруз`Рекка. Неплохие люди, хотя довольно замкнутые. Если пойдете сюда в одиночку, не советую сильно в горы углубляться. Горцы они такие, с ними раз на раз не придется. То нормальные, то стрелу пустить могут.
Хоть не так уж и много, но Гаурусу доводилось уже слышать об диких кланах Пограничного Хребта. Если исходить из слухов, что доходили до рыцаря, местные дикари в лучшем случае были простыми разбойниками, что отнимали у торговцев и прочих путников то, что не могли произвести сами. В худшем же они похищали людей для принесения в жертву своим духам-покровителям. Конечно, это всего лишь слухи.

11 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Поместье Дрента Кроннера, вечер.
В целом, ужин проходил именно так, как Гаурус его и представлял. Кроннер с невиданным энтузиазмом, жаром и упоением рассказывал о своей бурной молодости. На удивление, старик оказался так же выпускником Кривера. Только в отличие от Гауруса, способностями к хоть сколько-то серьезной магии как таковыми не обладал и от службы в одном из рыцарских орденов просто откупился. После выпуска он еще довольно долго проживал в Гларде, где пристрастился к различным мистическим раутам, что так любит устраивать столичная аристократия.
- Помню, как впервые попал на раут Хонрейванов. Будто вчера это было. Только полгода прошло с тех пор, как я вернулся с Кривера, - придался воспоминаниям старый граф. – Тогда прием устраивала Лилла Хонрейван, дочь тогдашнего дукса Нортуса. Да, тогда я впервые увидел то самое, тайное и зловещее искусство, о котором много читал, но до этого не видел. Зал погрузили в полумрак. А после Лилла пробудила трех мертвецов. До своего воскрешения они были не первой свежести. Да и умерли они явно не от старости. У одного так вообще голова была проломана. Ну так вот, Лилла полностью убрала все травмы. Думается мне, смерть по итогу сделала эту троицу куда более пригожей, нежели они были при жизни. Весь вечер хозяйка заставляла мертвецов то танцевать, то выполнять разную акробатику. Скажите, Гаурус, вам когда-нибудь приходилось видеть ожившего мертвеца?
- Нет, не доводилось. Увы, я был не частым гостем у Хонрейванов. Лишь застал, как проводили допрос мертвой головы. Было довольно жутко, но при этом увлекательно.
- А, да, помню такое. Ну так вот что я вам скажу, Гаурус. Оживший мертвец, это самое уникальное зрелище, что я видел. Ничто в нашем мире на них не похоже. То, как они стоят, как двигаются. Боюсь, словами я это описать не могу. Лишь смею надеяться, что когда-нибудь вы это увидите. Вот только теперь на подобное посмотреть будет затруднительно.
Шумейкер кивнул, соглашаясь с графом. Про себя же он надеялся, что никогда с подобными монстрами не встретится.
- Да, подобное крайне прискорбно. В ужасное время нам приходится жить, - проговорил Гаурус, отпив немного вина. – То, что вот недавно было нормой, становится преступлением. Объект гордости обращается источником стыда. И я, если честно, не могу понять, что изменилось в столь краткий срок.
- А, сразу видно, что хоть вы умны и учены, но все еще зелены. Я вам скажу, что поменялось. Изменились люди. Пришли новые, до этого молчавшие обрели голос. Они принесли с собой новые идеи. Некоторым правителям идеи понравились. И вот теперь мы имеет вот это все, - Дрент махнул рукой, подкрепляя свои слова. – Мы уже давно с Триумвиратом живем. Они и раньше свои идеи пытались продвигать. Только тогда это было никому не нужно. А вот теперь стало нужно. Вы главное вот что запомните, Гаурус. В такой ситуации главное момент не проморгать. Момент, в который вы из кормильца превратитесь в плебея. Вроде мысль то простая, вот только вы не представляете, сколько благородных людей на этом сгинули. Всегда нужно быть начеку и не позволять слишком сильно жиреть подхалимам. Остается надеяться, что дуксы не переусердствуют в заигрывании с Триумвиратом. Хотя, мне уже жить не так много осталось, это вам, молодежи, со всем этим разбираться, хехе.
И правда, в последнее время влияние Триумвирата лишь растет. И странная все же эта религия. Остальных богов либо принижает, либо вовсе нарекает истоком зла. Хотя Гаурусу все еще смешно от того, что сами жрецы этой церкви не могут меж собой решить, что же такое этот их Триумвират, один бог в трех обличиях, или же три равных сущности. Странная и обескураживающая неразбериха. Возможно, это из-за того, что церковь Триумвирата пришла с далекого Запада. Из загадочных и почти недоступных земель, что лежат за пределами Пустоши. Всего пару раз Гаурусу доводилось видеть странствующих торговцев, пришедших из тех краев. Перейдя Пустошь огромным караваном, они всегда привозят удивительные вещи, неясных конструкций и назначений. Досадно, что когда такие караваны проходили через Кривер, рыцарю не удавалось самолично посетить их лавки. Так что оставалось довольствоваться лишь ненадежными слухами.

12 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Вечер, трактир «Косматый рудокоп».
Переодевшись в одежду поскромнее, да и подправив в нужную сторону ее магией, Гаурус ждал своего товарища. К приятному удивлению рыцаря, «Косматый рудокоп» оказался довольно приятным местом. В меру опрятное и чистое, в нем было светло, играли относительно умелые барды, да и еда с питьем оказались более чем достойными. Небольшой оплот чистоты и уюта в этом злобном городе.
Примерно спустя полчаса ожидания, Норван все же явился. И его внешний вид вызывал определенное беспокойство. Нездоровая бледнота и темные круги под глазами явственно говорили о проблемах со сном. Да и выглядел он злее обычного.
- Добрый вечер, - поздоровался с товарищем рыцарь. – Выглядишь так-то не очень.
- Здарова. Работы много было. Так что давай без вот этих вот любезностей обойдемся. Узнал чего полезного?
- Хорошо, ладно. Поселился у одного местного барончика, очень близкого здешнему графу. Барон этот явно из низов поднялся. Еще местный граф отличается крайне консервативными взглядами, если тебе это интересно. Так же познакомился с несколькими другими местными фозами. Недалекие, но преданные своему благодетелю графу. Пока прямой связи с разбойниками не нашел, но пара зацепок есть. А у тебя что?
- Понятно, - ответил Норван, отпив медовухи. – Ну, хоть что-то. Ну, во-первых, в городе сейчас под себя всех подмяла банда, что зовет себя Волкодавами. Жестокие типы, занимающиеся контрабандой и разбоем. Они сейчас заняты набором новобранцев. Набирают в каких-то неадекватных количествах. Может, хотят весь регион подмять, не знаю. Так что если мы хотим как-то от них ответы получить, нам однозначно нужно больше сил. Да и спрашивать нужно будет с самых верхов.
- Значит, ты думаешь, что именно эти Волкодавы ответственны за пропажу Рорика?
- Ну, так на улицах говорят. Да и больше в этом городе некому такое устроить. Ну что, есть какие-нибудь идеи по тому, кого можем привлечь? Может, кто-то из этих твоих фозов достаточно жадный для такого?
- Хм, на их счет не уверен, но попробовать стоит. Еще я слышал, что в горах тут живут различные вольные кланы. Насколько помню, воины они хорошие. Да и определенные трения с этими Волкодавами у них могут быть. Можно попробовать как-нибудь их использовать, но с ними все непросто будет. За просто так они помогать не будут.
- Хреново. Но хоть что-то. Ну тогда так предлагаю: еще два-три дня поискать в городе возможных союзников да зацепки, а потом пойдем и навестим этих твоих горных жителей. И да, мне еще деньги потребуются.
- Ладно, пока это не проблема, - Гаурус отсыпал часть стремительно пустеющих запасов товарищу. – Но только пока. Такими темпами, они скоро кончатся. Ну да ладно. Встречаемся здесь же?
- Ага.
- Ну, тогда до встречи через три дня.
- Ага.
Дождавшись от Норвана столь незамысловатого ответа, рыцарь встал и направился к выходу. Как бы не было в этом трактире, но дела требовали его с головой окунуться в бездну людских страстей. Интриги, заговоры, ложь и лицемерие. Все то, от чего он бежал из родного дома. Кто же мог подумать, что ему самому придется во всем этом вариться. Судьба иногда любит преподносить злые шутки.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

В рабстве у свободы

Жанр: темное фэнтези, рассказ.

Звон металла разносился по мрачным коридорам древней темницы. Коридорам, что никогда не ведали Солнечного света. Маленький трей забился в угол своей крохотной камеры, зажав уши и тихо скуля. Его тело горело, демоническая кровь кипела, раззадоренная звонов цепей невольничьих оков. Его разум пылал в лихорадке, терзаемый нечестивыми одами войне и покорению, что пело ему его собственное «я». И каждую ночь, стоило ему лишь закрыть глаза, как его взору открывалось поле вечной битвы. Как запахи крови и дыма заполняли легкие. Как накатывал восторг, коий способно принести лишь насилие. Каждая ночь обращалась новым круговоротом ужаса и насилия. Но не только лишь войне учила маленького трея его проклятая кровь. За ревом безумного чудовища можно было расслышать иной, тихий, едва слышный, но не менее зловещий шепот. Шепот о столь чуждой свободе. Об открытом небе. Об бескрайних полях. Об жизни без невольничьих цепей. И маленький трей учился. Учился войне. Учился свободе.

Новые хозяева не дали маленькому трею долго лежать без дела. Вскоре после того, как его заперли в крошечной камере, один из них явился. Невысокий и тощий, он скорее походил на чудовище из Царства Кошмаров, нежели на живое существо. Полупрозрачная, будто бы из стекла, кожа открывала взору отвратительное переплетение костей, мышц и органов, связанных вместе венами, что гнали черную кровь. Лишь много позже маленький трей узнал, что это темный эльф, один из самых опасных народов смертного мира. Не долго думая и повинуясь инстинктам, маленький трей прыгнул на пришельца, стремясь разорвать того зубами. Напрасно. Тюремщик был быстр, ловок и, не смотря на болезненную худобу, неестественно силен. Одним движением темный эльф скрутил маленького трея. И если кровь учила трея сражаться, то этот эльф научил его боли и страху.

В тот день трея выволокли на арену. Дали небольшой кинжал. Оружие будто бы само легло в руку ребенка, став его естественным продолжением. Будто так было всегда. И всегда будет. Противником его был столь же юный драконид с синей чешуей. Его страх разжигал боевой запал маленького трея. Оглушительно рыча, внутренний зверь сорвался с цепи. Вторя ему, трей набросился на своего противника. И уже был не важен голод. Не важен страх перед пленителями. Неважен восторженный крик толпы. Важны лишь только враг. Лишь только его жизнь. Драконид, неумело держа нож и жалобно скуля, атаковал трея, ткнув тому в лицо клинком. Качнувшись влево, а затем стремительно отскочив вправо, маленький трей зашел сбоку. Резко разворачиваясь, свободной рукой и хвостом увлек за собой драконида, выводя того из равновесия. Один быстрый выпад, и клинок трея вошел в плоть противника, пробив жесткую чешую и намертво застряв в костях и внутренностях. Раненный и испуганны, драконид повалился на каменные плиты арены, конвульсивно дергаясь и завывая. Мгновение спустя трей набросился на него сверху. Драконид из последних сил пытался отбиться, но шанса у него изначально не было. Одним движением трей сломал своему противнику руку, забрав его оружие. Мгновение спустя новообретенный клинок по самую рукоять погрузился в груди своего бывшего обладателя. Ярость. Боль. Восторг. Кровь.

Так и проходила жизнь маленького трея. Бесконечная череда сражений во имя увеселения жестоких хозяев. Со временем маленький трей заслужил себе имя. Омикрон. Как много позже он узнал, так темные эльфы обычно называют потешных злых зверьков. Со временем шепот крови перестал быть жуткой какофонией, обретя понятный смысл. Кровь научила Омикрона сражаться, обучила убивать и выживать. Со временем новая игрушка наскучила темным эльфам, и Омикрона бросили к остальным гладиаторам. И там, среди невольников, он обрел новых учителей. Артена, обучившего трея различным простеньким играм и жульничеству в них. Старика Райджера, рассказывавшего об различных землях за пределами островов темных эльфов. Диору, поведовавшую об всевозможных богах и научившую любви. Брана, обучившему одному из главных уроков в этих мрачных бойцовых ямах – дружба существует лишь за пределами арены.

Именно тогда Омикрон впервые четко расслышал второй, до этого едва уловимый шепот. Тот, что пел о свободе. С каждым днем пребывание в оковах становилось для него все тяготнее. Все больше его дух стремился туда, наружу. К свободным небесам и бескрайним полям. За Браном последовали и другие. Темные эльфы ценили жестокие игры. Ценили эмоции бойцов не меньше самого зрелища. Ценили их историю и то, как и кем их жизнь оборвется. Родители против детей. Ненавистные враги, вынужденные для выживания сражаться плечом к плечу. Или же товарищи, коих вместе свела неволя. После Брана от клинка Омикрона пала Диора. За ней Райнджер.

- Ну что, Оми, теперь мой черед? – спросил Артен, выйдя на арену. – Не обессудь, но мне тоже помирать не охота. Так что пощады не жди.

- И не собирался. Прощай, так или иначе.

Из всех товарищей Омикрона, Артен был сильнейшим. Хитрый, натренированный многими годами жизни гладиатора. Поговаривали, что он вырос на этой арене. Но каким бы умелым воином Артен ни был, он был всего лишь смертным человеком. Чуя равного противника, внутренний зверь трея взревел и забился в путах. Но Омикрон уже не был маленьким ребенком. Ошибаясь и спотыкаясь, Омикрон все же смог научиться направлять буйство монстра. Не контролировать, но править, становясь воплощением войны и бойни. Отбросив чувства и сожаления, они с головой окунулись в водоворот безумия и насилия.

Артен был явно искуснее в схватке. Каждое его движение было точно выверено, в каждом выпаде таился обман. Но разницу в умении Омикрон компенсировал силой и яростью. Припав к земле, трей нанес два быстрых удара в ноги. Резко вскочил, совершая выпад в лицо. Отскочил в сторону, уходя от ответного удара. Тот оказался финтом и вражеский клинок вгрызся в плоть Омикрона. Неважно. Еще несколько ударов в голову Артену. Тот отвел все. Ответным выпадом гладиатор рассек лоб Омикрона. Кровь принялась обильно заливать глаза. Неважно. Еще несколько ударов в горло и живот. Пропущенное ранение руки. Неважно. Подобно приливной волне, Омикрон раз за разом обрушивался на своего противника. И раз за разом тот отбивал натиск, награждая трея новыми ранами. Несколько глубоких порезов на груди. Рассеченные мышцы и сухожилия на ногах. Уйдя из-под одной из атак, Артен подсек ведущую руку Омикрона. Кровь лилась ручьем. Но боль лишь питала сверхъестественную ярость трея. Забыв о том, кто он есть. Забыв о том, кто перед ним и где он, трей желал лишь одного. Швырнув в противника свой короткий клинок, Омикрон набросился на Артена, подобно зверю. Отбив меч, гладиатор попытался отступить. Не успел. Трей повалил на землю своего противника. Живот, пронзенный гладиусом, взорвался резкой болью. Неважно. Первые два удара превратили лицо бывшего друга в кровавое месиво. После пятого он перестал дергаться. После десятого голова стала мягкой. Таков был его конец.

Так была разрушена последняя цепь, что удерживала Омикрона в неволе. Лишенный «близких», несмотря на каменные стены и цепи, он впервые в жизни ощутил свободу и что-то, похожее на счастье. Счастье, отравленное скорбью. Больше ничто не могло его сдерживать. Не за кого было больше бояться. Некого было больше защищать. Отвечая лишь за самого себя, он искал единомышленников. Тех, кто тоже хотел увидеть Солнце. Тех, чьи души больше не могли терпеть холод стальных оков. Тех, кому больше нечего было терять. С ними он делился своей проклятой кровью. Тем единственным, чем он владел.

Им повезло. Пробужденные ото сна сигнальными трубами, они поняли. Время пришло. Кто-то напал на бойцовые ямы. А значит, пришло время восстать. Полагаясь на инстинкты, Омикрон высвободил всю злобу и ярость своей демонической крови, чудовищным ревом разжигая боевое безумие в своих товарищах. Они вырвались из темницы, пройдя по нижним уровням арены подобно стихийной силе. Озверевшие и обезумевшие, бывшие рабы следовали за Омикроном, как за вожаком следует стая. Больше не смертные, но что-то большее и что-то меньшее, они сеяли смерть и разрушение на своем пути к поверхности. Липкая черная кровь жгла глаза и свежие раны. Внезапно эльфы куда-то пропали. Несколько этажей были полностью свободны от чудовищных угнетателей. Было видно, что не так давно здесь кипела жизнь. Разнообразные пыточные инструменты, едва живые рабы, брошенная в спешке дорогая еда и напитки. И никого, кто мог бы оказать сопротивление.

У любой силы есть своя цена. Тем более у той, что берет свое начало в темных уголках реальности. В начале пути гладиаторов было несколько десятков. Но лишь трое смогли подняться на самый верх. Один за другим они падали. Кто-то от ран. А кто-то иссушенный пламенем сверхъестественной ярости. Там, на самом верху, перед Омикроном предстало зрелище бойни иного рода. Изувеченные до неузнаваемости тела, что не так давно принадлежали темным эльфам. Кого-то просто сожгли огнем, кого-то разорвали на множество кусков. А кому-то досталась участь навсегда стать частью этой проклятой крепости. И хоть Омикрон никогда ранее не видел ничего подобного, он точно знал, что повинно в этом ужасе. Магия.

- И что же вам внизу не сидится? Куда-же вы вечно торопитесь то? – раздался в тишине голос. Он вопрошал с явственным укором, раздосадованный глупостью бывших рабов. Но не успел Омикрон ничего ответить, как появился и сам обладатель голоса. Он вышел из боковой комнаты, держа в руках связку ключей и шпагу довольно тонкой и причудливой работы. Ее гарда была украшена так чуждо на ней выглядящими драгоценными камнями. Но не она заставила сжаться внутренности Омикрона, а ее обладатель. Высокий и стройный мужчина с пепельной кожей и почти белыми волосами смотрел на беглецов своими огненного цвета глазами с явным осуждением и упреком. Голову незнакомца венчали два закрученных в спираль рога, загнутые назад. За спиной же змеился в постоянном движении хвост, покрытый причудливой вязью татуировок. Такая же вязь покрывала открытые участки рук и шеи, оставляя свободным лишь лицо, тонкие черты которого, на пару с длинными заостренными ушами, выдавали в нем эльфийских предков. Как и Омикрон, незнакомец нес на себе клеймо демонической крови. Как и Омикрон, незнакомец бы треем.

Тяжело вздохнув, пришлый волшебник покачал головой:

- Столько напрасно погибших. Ну, с этим уже ничего не поделаешь. Давайте освободим оставшихся и побыстрее уйдем, пока сюда не пришло подкрепление.

Пройдя мимо Омикрона, чужак направился вниз, к основным камерам. Горячка битвы утихала, оставляя после себя лишь холодную пустоту. Лишь усталость.

- Кто ты? Зачем помогаешь? – спросил Омикрон, плетясь за незнакомцем следом.

- Меня зовут Кайрон. Ну а по поводу того, зачем помогаю, то все просто. Мне это ничего не стоило. Я был здесь неподалеку по своим делам и услышал, что тут находятся бойцовые ямы. Ну а я стараюсь не проходить мимо тех, кто жаждет свободы.

- И что ты хочешь взамен? – каждый шаг давался Омикрону все тяжелее. Многочисленные раны тяжким грузом тянули к земле. Один за другим двое товарищей гладиатора пали, чтоб больше никогда не подняться.

- Я ни к чему не буду вас принуждать. Помогу вам освоиться в этом мире и предложу выбор: жить в нем на свое усмотрение, или же помочь мне сделать его лучше. Но, скажу сразу и прямо, нигде в этом мире ты не обретешь полную свободу. Всегда будут какие-нибудь цепи. Законы богов или людских правителей. Собственная смертность. Разрушая одни, мы непременно заковываем себя в иные цепи. Так что советую заранее выбрать, какие тебе больше по душе. Взять, например, нас сейчас. Если бы я не пришел сюда, то был бы свободнее. Но я буду только рад взвалить на себя бремя вашего освобождения. Как и всех прочих.

Дальше они шли молча. Свобода. Она была так близка. И лишь эта близость придавала сил Омикрону идти дальше. Спустившись в самые глубины, Кайрон выпустил всех заключенных, после чего обратился к ним:

- Ваши хозяева мертвы и отныне вы свободны! Но если не поторопимся, то долго ваша свобода не продлится, и бывшие хозяева вновь затянут на вас ошейники! Идемте со мной, и я дам вам место в этом мире! - татуировки Кайрона засветились, мерцая всеми возможными цветами. Воздух вокруг него подернулся странной маслянистой дымкой. Искрясь и переливаясь, дымка приняла форму широкого кольца вокруг пришлого трея. – Зайдите в круг, и я заберу вас отсюда под свободные небеса. Выбор за вами.

Немного поколебавшись, один за другим большинство бывших невольников вошли в круг. Немногочисленные оставшиеся взяли оружие и пошли на верхние этажи. Проводив их взглядом, Омикрон зашел в круг. Он решил, какие цепи возьмет себе.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

Фатумы. Рокот

Жанр: фэнтези, роман

Глава третья.

«Первый Разрушитель, освобожденный от древесной клети, погрузил мир в пучину пламени.
Второй Разрушитель, вырвавшийся из ледяной клети, принес с собой вечную зиму.
Третий Разрушитель, пришедший из-за Границы, пожрал живое и мертвое.
Так пал Третий мир, переродившись Четвертым.»
Воспоминания о грядущем конце.

Взгляд Норвана.
10 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Улицы Фейнстона.

И вот вновь одиночество. Оставив Гауруса с его вечным недовольством, Норван ощутил себя свободным. Неприятно конечно работать без какой-либо подстраховки, но тут ничего не поделать. Очень уж вряд ли рыцарь одобрил бы те методы, коими собрался пользоваться наемник. Больше пользы он принесет, если не будет мешать. Кто знает, может и у него что полезное получится разузнать. Ну да черт с ним, Норвану было о чем побеспокоиться и без него. Да уж, Рорику придется неплохо так раскошелиться, чтоб покрыть все предстоящие сложности и волнения.
Как всегда, главной проблемой является отсутствие информации. Ни имен, ни контактов, ни мест встречи. Ну а так как время не терпит, придется проявлять чудеса наглости. Будто отвечая на волнения хозяина, браслет прикоснулся теплом. Легким, нежным. Успокаивающим. Подобным обещанию о светлом будущем. Норван невольно улыбнулся. Похоже, в какую бы ледяную бездну он не шагнул, эта крохотная искорка тепла никогда его не покинет. Справедливый обмен на жизни товарищей.
Норван рыскал по улицам, выуживая все хоть сколько то полезные обрывки информации. Впитывая разрозненные и противоречивые крохи слухов, удостоверился, что инстинкты его не подвели. Те люди, в красных плащах, и вправду оказались местными головорезами. И, судя по всему, они подмяли под себя всех более-менее стоящих бандитов этого города, не преминув пустить свои корни в местную стражу. Ничего-то не ново под Луной. Ну, раз уж они стали сердцем темной стороны Фейнстона, то именно с них и придется требовать ответов. Ведь даже если не они сами похитили Рорика, то без их ведома это произойти не могло. Определившись с целью на ближайшее время, клейменный пламенем стал выискивать подходящих личностей.
Личностей не пришлось искать слишком долго. Как и подобает их темному ремеслу, занимались они деяниями далеко не благими и в приличном обществе порицаемыми. Нашел их Норван в тесных переулках меж домов, куда бандиты отволокли какого-то бедолагу и выплескивали на него всю свою злобу. Всего их было трое. Двое занимались непосредственно самим зверством – легкие булавы с неумолимой ритмичностью ломали бедолаге кости, превращая его в бесформенную груду мяса. Третий же стоял слегка поодаль, без особого интереса наблюдая за расправой. Пожалуй, цвет плащей и вправду был подобран с умом, крови на них было почти не видно. Изуверство длилось не долго. Первые крики боли быстро сменились на вой и приглушенное мычание, коим на замену пришли едва различимые за треском костей хрипы и бульканья. Но вскоре и они уступили место Тишине. Песня Жизни бедолаги имела поистине ужасающие финальные аккорды.
Наблюдая за работой душегубов, Норван не мог не приметить довольно хорошую подготовку убийц. По крайней мере их силу и выносливость. Что-то в их манере двигаться пугало. Вот только что? Этого, притаившись за углом, беглый преступник понять никак не мог. Ведь было это чувство скорее инстинктивным, нежели основывалось на увиденном. Будто стая бешенных собак они терзали уже затихшее тело. И подобно псам, им было достаточно одного короткого свиста со стороны стоящего в отдалении товарища, чтоб оставить свою растерзанную добычу. Забрав с тела все более-менее ценное, головорезы поспешили уйти. Через тесные подворотни они вышли на просторные и пустые улицы, по которым направились куда-то в южный район города. Шли они довольно беспечно, явно чувствуя себя в городе в полной безопасности, в следствии что слежка за ними, не смотря на пусты улицы, не стала для Норвана проблемой. Финалом их недолгого странствия стало двухэтажное здание из дерева и камня. Заросшее плющом, оно явно раньше принадлежала постоялому двору. Снаружи расположилось несколько человек в характерных красных коротких плащах, занятых игрой то ли в кости, то ли в карты. Видимо, им тут бояться некого.
- Эй, залетный, заблудился чтоль? – раздался грубый голос позади Норвана, заставив его внутренне сжаться. Опять зарвался и потерял бдительность. Медленно и не спеша, «залетный» повернулся на голос. Его обладатель оказался уже старый разбойник, длинные волосы которого вовсю поглощались сединой. Левая половина лица обезображена жутким ожогом. Меж изуродованных век едва проглядывался белый глаз. Красный короткий плащ, надетый поверх много раз штопанной стеганки и легкий боевой топорик на поясе выдавал в нем явно повидавшего многое головореза. Двое его более молодых товарища взяли Норвана в клешни.
- Нет, дедуль, не заблудился. Я слышал, вы тут типо главные самые. Хочу к вам вписаться.
Старик пожевал губу, рассматривая Норвана с ног до головы. Оценивая, прикидывая. Под цепким взглядом «дедули» беглому преступнику стало как-то совсем не по себе. Давненько на него не смотрели как на товар. Отвечая на волнение хозяина, деревянный браслет успокаивающе согрел руку.
- Во как. И с хренали ты нам сдался? Че умеешь? – голос старика был грубым и сухим, подобным пыльному пергаменту.
- Взлом, карманничество, немного слежка. Еще разных полезных ребят с Гларда знаю.
- Во как. Неплохо, коль не врешь. А че в Гларде не сидишь, коль там полезных ребят знаешь?
- Разозлил в городе кого не надо. Вот сюда и переехал. О вас еще в Гларде услышал.
- Понятно. А харю тебе кто подправил? Больно уж необычная отметина. – в голое старика прослеживался неподдельный интерес. Прошлое безразличие и скука уступили место осторожному любопытству. Интересно. Рассеянно прикоснувшись к шраму на щеке, Норван ответил:
- Влез куда не надо. Вскрывал замок, а на нем неожиданно заклинание оказалось.
Старик улыбнулся безобразным оскалом и, наклонив голову, проговорил:
- Во как. Осторожничаешь. Ну, эт конечно полезно. Но не всегда. Но да хрен с тобой пока. Поглядим, чего можешь, а о чем только треплешься. У нас для всех применение найдется. Пошли. Кстати, меня Кейн звать.
- Меня Лам. – честно соврал Кейну Норван. Правда, тому было уже не так уж и интересно. Обойдя «Лама» старик направился прямиком к бывшему постоялому двору. Пара его прихвостней поспешили за ним. Пока все идет вроде неплохо. Возможно, даже слишком. Прикоснувшись к теплому браслету, Норван пошел следом. Больше некуда отступать.

10 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Логово Волкодавов.
Волкодавы. За свою недолгую историю они проделали довольно большую работу. Лишь попав внутрь их логова, Норвану открылся истинный масштаб их банды. Пожалуй, это была самая оживленная таверна во всем Фейнстоне. Постоянный гул голосов разносился по табачной дымке. Крики, смех и ругань сливались воедино, образуя нечестивый гимн, наполненный жадностью и жестокостью. Довершали эту какофонию чьи-то неумелые потуги в игре на чем-то клавишном. Расталкивая путавшихся под ногами головорезов, Кейн провел Норвана к чудом пустующему небольшому столу:
- Жди тут. – и был таков. Его же помощники куда-то потерялись по дороге. Пользуясь возможностью, убийца осмотрелся вокруг. Интересно, далеко не все здешние обитатели носят красные плащи. Просто мелкие шестерки? Старик вернулся неожиданно быстро, принеся с собой две кружки эля и закрытый навесной замок.
- Ну, покеж, чего можешь. – старик бросил замок Норвану. Тяжелый, но вроде бы довольно простой. Достав свои отмычки, убийца принялся медленно и вдумчиво работать. Кейн же молча наблюдал за ним. Всего ничего, и замок раскрылся. Как-то все слишком просто.
- Смотри ка, не брешишь. Глядишь, и выйдет че полезное, - проговорил старый разбойник, без особого интереса смотря на замок. Переведя взгляд на Норвана, бандит продолжил. – Скажи, Лам, видал ли ты что нють за огнем?
- За огнем? А на что за ним глядеть? – осторожно ответил Норван.
- Знаешь, у всего в этом мире свои хозяева. Людей, животных. Вот у огня тоже есть хозяйка. И знаешь. Такая звезда, эт один из ее знаков, - со странной нежностью старик прикоснулся к изуродованной половине лица. – Эт больно было. Очень. Но за болью она пришла. Эт словами не передать. Эт прочувствовать надо. Но от че я тебе скажу, малец. Коль она тебя отметила, так повезло тебе. Даж если ты сам еще этого не понял.
Волнение пламенем заклокотало в груди. Вторя ему, браслет обжог руку скрытым в недрах жаром. Норван чувствовал, старик говорил правду. Движимый любопытством, «Лам» спросил:
- И как же зовут эту хозяйку?
- Хех, значит интересно стало. Таноран. Так ее звать.
Имя отозвалось в глубинах души, искоркой осветив тьму. Будто напомнили то, что давно забыл.
- Кто она?
- Если честно, я не знаю. Знаю, что во снах она приходит. И говорит. О всяком разном. Кого успокаивает, кого наставляет. В общем, не знаю, кто она, но знаю, что она хорошая. Жаль тольк, не дозваться ее, ток сома приходит, – Кейн шумно отхлебнул из своей кружки. – Ну да эт все приложится. Че важнее, так эт дело. Мы тут щас всем рады. Пока у меня поработаешь, покажешь, чего стоешь. Глядишь, и свой плащ заслужишь. Пока отдыхай, а ночью кой куда прогуляемся. Так че не теряйся.
Не удосужившись услышать ответ, Кейн встал и отправился куда-то по своим делам. Чтож, это было явно проще, чем ожидал Норван. Крики, ругань, разговоры, перешептывания. Просто кладезь информации. Дело за малым, правильно распутать этот клубок. Еще это ночное дело. Интересно, насколько больная фантазия у этих Волкодавов?
Таноран. Пока лишь имя, но тем не менее зацепка. Нужно будет расспросить Гауруса. Только осторожно.

Взгляд Гауруса.
10 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Ратуша Фейнстона.
Насколько же переменчиво людское мнение. Как легко оно меняется и мечется между противоположных полюсов. Как только он пришел в ратушу, то выяснилось, что все хоть сколько то важные и влиятельные люди очень заняты, и принять странствующего рыцаря смогут лишь через пару недель, вот так незадача. Но лишь стоило показать родовой герб, как внезапно в очень плотном расписании нашлось немного свободного времени. Не чернь же какая-то, в конце концов.
Как и весь этот город, ратуша совершенно не поражала воображение. Унылая, мрачная каменная коробка о нескольких этажах явно нуждалась как в наружном, так и внутреннем ремонтах. Стены покрывались причудливой росписью, составленной мелкими ветвистыми трещинами. Путь до так называемого «Зала Встреч» пролегал по извилистым и узким коридорам, крутым и скрипучим лестницам. Писцы и мелкие чинуши провожали рыцаря мрачными и настороженными взглядами. Словно на чужака, что нарушил покой их хрупкого мирка. Собственно, так оно и было.
Пройдя столь трудный и недружелюбный путь, Шумейкер все же достиг своей цели. Зал Встреч представлял собой тесную комнату с невысоким потолком, большую часть которой занимал длинный стол на семь персон. Вдоль стен толпились пыльные шкафы, заваленные различными рукописями и свитками. Рыцаря уже ждали. Во главе стола расположился уже немолодой толстоватый мужчина. Грязные полуседые волосы торчали во все стороны и дополнялись столь-же безобразной бородой. На заплывшем от постоянных запоев лицу красовалась гримаса, что, судя по всему, должна была изображать добродушную и гостеприимную улыбку. Ну-ну. Тяжелая золотая цепь с гербом города выдавала в нем градоправителя. Выгодно контрастировал на его фоне второй представитель городской элиты. Сидя спиной к окнам, по левую руку от городского главы стол занял молодой мужчина довольно бандитской наружности. Волосы подстрижены коротко, на жестком лице расположился кривой, явно не раз сломанный, нос. Цепкие бедно-голубые глаза смотрели с вызовом и больше подошли бы хищному зверю, нежели человеку. Темно красный камзол небрежно расстегнут. На соседнем стуле расположилась портупея с короткой шпагой.
Противно скрипнув стулом, градоправитель, всеми силами поддерживая свою фальшивую улыбку, встал и произнес своим осипшим голосом:
- Добрый день, милорд. Присаживайтесь. Меня зовут Дрент Кроннер, - еще одно издевательство над креслом вернуло старика в более удобное положение. – А это Даниэль фоз Крон. Честно признаюсь, ваш приезд стал для нас приятной неожиданностью. Надеюсь, дорога вас не сильно.
Фоз Крон. Выходит, будучи простолюдином, он смог перейти в дворянство. Страшно представить, на что ему пришлось пойти ради этого. Скорее всего, на слишком многое. Хотя кто знает, может быть этот Кроннер раздает покровительство за просто так, и этих фоз Кронов по хребту разбросанно великое множество. Сам же Даниэль довольно вальяжно поклонился, после чего продолжил разглядывать гостя. Гаурус же сел в небольшом отдалении от хозяев и ответил:
- Благодарю за оказанное гостеприимство и уделенное время. Позвольте представиться, Гаурус Шумейкер. Ну и, вынужден признаться, дорога из Гларда и вправду была довольно выматывающей.
- Глард. Да, чудесный город. Жаль, что мой возраст мне уже не позволяет путешествовать так, как раньше. Чем ныне живет столица?
- Примерно всем тем-же, чем она жила всегда. После бегства Хонрейванов в Мэртен Глард, разумеется, стал скучнее. Ларнкрейты и им подобные конечно попытались занять пустующее место, но куда там.
- А, эта отвратительная история, - Кроннер злобно поморщился. – подумать только, до чего мы докатились с потаканиям всем этим пришлым церковникам. Это же надо, изгнать один из древнейших родов. А они, чтоб вы знали, ведут свою историю аж с основания самого Зантира, между прочим. Да и само это обвинение! Видите-ли, Триумвирату не понравилось их увлечение некромантией и демонологией. Пха, тоже мне, новость и преступление.
- Граф, неужто это вас так сильно задело? – впервые за всю беседу подал свой низкий голос Даниэль. – Уже почти пол года прошло, просто чтоб вы знали.
- О, это я помню, Даниэль. И твое удивление и причитания лишь напоминают о твоем происхождении и невежестве, раз ты не можешь разглядеть в этом величайшую трагедию и позор. Осталось не так уж и много столь древних и благородных родов. И почти все они в Мэртене. Да и с каких пор церковь Триумвирата смеет судить кого-то из Палаты Дуксов? Что же это теперь, от этих церковников теперь вообще покоя не будет? Пускай в своем Иртуне сидят. Да и вообще, нам тут и своих богов хватает.
- Ну, церкви это многое стоило. Сомневаюсь, что они на подобное пойдут в еще хоть сколько то скором времени, - Гаурус был смущен резкой вспышкой графа, но быстро взял себя в руки. – Но я с вами согласен. Это возмутительно. И, как мне кажется, тут не обошлось без покровительства если не всех, то большинства дуксов.
Граф Кроннер уже собирался было что-то ответить, но Даниэль его опередил:
- Мой дорогой граф, как я подозреваю, милорд Шумейкер прибыл к нам не для того, чтоб обсуждать политику или вкусы высшего света. Тем более столь далекого от нас сейчас Гларда.
- Эх, деревенщина, для политики всегда место найдется. Но, пожалуй и вправду перейдем уже ближе к делу. Итак, милорд Гаурус, расскажите нам, в чем цель вашего визита.
- А, ну, с этим все просто. Пройдя обучение в Кривере, я вернулся в Глард. А в нем, как выяснилось, многое поменялось не в самую лучшую сторону. И так как в городе стало довольно скучно, я решил немного попутешествовать. Насколько слышал, у вас здесь имеются довольно хорошие охотничьи угодья. Да и мне всегда было интересно, как живут в местах у границы цивилизованного мира. Но помимо этого у меня здесь имеется и более деловой интерес. Я бы хотел вложить средства в ваши рудники. Только под подобным предлогом отец согласился отпустить меня сюда.
Даниэль фоз Крон даже не старался скрыть удивление на своем лице:
- Ля, честно, ожидал многого, но не подобного.
- Ну, это довольно разумно. С каждым годом в Пограничном Хребте находят все больше редких и дорогих руд, - градоправитель задумчиво почесал толстую щеку. – Но я надеюсь вы понимаете, юноша, что дело это не быстрое. Не поймите неправильно, мы всегда рады деньгам. Но шахтами не я один заведую. Вы вот буквально на пару часов опоздали и не застали остальных членов нашего общества рудокопов. Нужно будет согласовать размер вложения, условия, ну и все такое. А это все занимает время.
- О, разумеется, все это я понимаю. И буду даже рад, если это все немного затянется. Я не горю особым желанием так скоро возвращаться в Глард, да и здешние места мне пришлись по сердцу, - Гаурус постарался изобразить свою самую беспечную улыбку. – Ну а по поводу вклада. Ну, скажем так, я обладаю определенной суммой, с которой я готов расстаться. Где-то в районе тысячи золотых форинтов.
- Ох, а столичная знать на мелочи не разменивается, - Даниэль выглядел глубоко потрясенным. – Милорд, скажите, вы уже нашли себе жилье?
- Нет, собирался этим заняться уже после встречи.
- О, отлично. Тогда предлагаю вам остаться у меня. Сомневаюсь, что мое поместье сравнится со столичными, но от него можно быстро попасть к охотничьим угодьям. Я готов вам так же составить компанию. Здешние леса могут быть довольно опасными. Граф, вы же не будете против?
Граф Дрент мелко вздрогнул, выходя из омута своей задумчивости. Несколько раз быстро моргнул, глядя на Даниэля, после чего ответил:
- О, разумеется. Молодежи нужно держаться вместе. Оставляю нашего гостя на ваше попечение. Лишь смею надеяться, что у нас получится вместе отобедать в самом скором времени. Предположим, завтра вечером. Все же редко в этом захолустье можно встретить столь образованного собеседника.
- Вот и отлично, - фоз Крон встал из за стола и принялся пристегивать портупею с короткой шпагой. – В таком случае, предлагаю нам больше не задерживать господина графа. Идемте, милорд Гаурус, я покажу вам город да свое поместье.
Рыцарь встал вслед за, судя по всему, бароном, поклонился графу. Направляясь вслед за Даниэлем, Шумейкер размышлял. Мимолетом брошенные взгляды, едва уловимые волнения и нервозность. Интонации и акценты. Ему тут не рады.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

Фатумы. Рокот

Жанр: фэнтези, роман

Глава вторая.
10 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Дорога.
Взгляд Норвана.

Чертов Гаурус. Все тело ноет. Мышцы завязались узлами, протестуя против каждого движения. Видите ли, не нравится ему стойка. Клинок держишь не правильно. Последние три дня, на дневных и ночных привалах, Гаурус как мог обучал Норвана бою на мечах. Учитель из этого рыцаря правда такой себе. Просто встань так, потом возьмись вот так. На то отвечай вот эдак. И видимо чтоб окончательно добить Норвана, все это время Солнце нещадно палило со своей небесной обители. Хоть бы одно облачко. Благо с гор хоть прохладный ветерок нет-нет, да подует.
Но не смотря на свое дурное настроение, измученный «ученик» не мог не отметить благодать и красоту окружающих пейзажей. Перекрикивание многочисленных птиц. Запахи смолы да диких лесных трав. Полумрак густых чащоб. Раньше подобное Норван наблюдал редко. Уже который раз за день он рассеянно и как бы невзначай прикоснулся к деревянному браслету, что со вчерашнего дня носит на руке. Тепло. К этому браслету Норван испытывал двойственные чувства. Боялся владеть и боялся потерять. И каждую ночь, в своих снах, он видел древнюю лесную чащу, охваченную пламенем, треск которого складывался в пленительный и манящий голос. Он звал, он шутил. Он просил и рассказывал. Вот только Норван не мог понять ни слова. Он мог разобрать лишь общий посыл, но не смысл. Много раз Норвану приходило в голову просто избавиться от явно проклятой вещи. Но либо сам браслет, либо собственная жадность этого не позволяли. Или же любопытство? Наемник поморщился, стараясь устроиться в фургоне поудобнее. Почти все место было занято различными припасами и оборудованием для будущих раскопок. Хорошо хоть не сильно трясет.
При их первой встрече Норван заподозрил, что Гаурус обычно в деньгах сильно не нуждается. Чтож, он не так уж и ошибался. Оказалось, что он и в самом деле рыцарь. С доспехами и вот всем таким. Причем эти самые доспехи, как и меч, явно не простые. То тут, то там можно разглядеть различные руны. Невольно Норван задумался, за сколько все это можно продать. За дорого. Если это у Кливерских рыцарей самое простое снаряжение, то какое же их офицеры то носят? Страшно представить.
Немного передохнув, Норван вернулся к оставленному занятию – шлифовке. Перед отъездом, на последние оставшиеся деньги ему удалось урвать несколько полезных предметов. В основном различные алхимические реагенты для ядов и жидкого огня. Но кое-что было особенным. Совсем небольшой кусок грозового камня. Сам по себе не особо полезен, но при правильной обработке и в правильных условиях способный создавать электричество. С магией рыцаря камушек разумеется не сравнится, но уже хоть что-то. Перед внутренним взором Норвана все еще стоял тот сгорающий заживо бедолага. Трепет. Благоговение. Ужас. Одного воспоминания хватает, чтоб заставить сердце биться быстрее.
Меж тем лес кончился, и дорога становилась все круче. Пограничный Хребет подпирал небеса, оградив цивилизованные земли от владений различных дикарей. У его подножия пригрелся город – Фейнстон. Город, связующий шахтеров со всего хребта. Ну наконец-то это долгое и утомительное путешествие подходит к концу. Все же Норван не особый любитель далеких странствий. Ему больше по нраву суета городских улиц, горячая еда и мягкая постель с крышей над головой. А не все эти дорожные увлечения. Вряд-ли лагерь расхитителей руин сможет обеспечить все удобства, но там будет явно лучше, чем в дороге. Да и сам город в конце концов относительно недалеко. Взглянув на него в последний раз, Норван вернулся к своему рукоделию. В конце концов, потехе уготован только час.

10 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Фейнстон.

Ну чтож, вот и пришло время для недобрых предзнаменований. В рабочем лагере выяснилось, что Рорика вот уже больше суток никто не видел. С тех самых пор, как он вчера ушел в город, решать вопросы своего торгового дома. Гауруса это обеспокоило не на шутку, из-за чего он сразу же рванул в город. Норвану не оставалось ничего более разумного, кроме как отправиться следом.
Разумеется, Фейнстон встретил странников налогами и бюрократией. Проверки груза. Уплата пошлин. Все же везде стражники одинаковы. Будто соревнуются, кто тут самый грозный и самый жадный. Тут вымогают взятку. Там проносят контрабанду. Вроде все как обычно. Но что-то вызывало у Норвана беспокойство. Вновь обведя взглядом толпу, он все же смог найти его источник. Несколько человек, стоявших в стороне и делавших вид, будто их тут и нет вовсе. В целом наемник на них особого внимания и не обратил бы, если бы не их одежда. Короткие плащи с остроконечными капюшонами темно красного цвета, частично скрывающие лица. Оружия вроде не видно, но скорее всего оно есть. Явно пасут ворота. Видимо, они часть тех самых возможных неприятностей, «которых не предвидятся, но кто знает». Норв вздохнул. Еще одна тревожная деталь. Хотя вряд ли они очень уж сильные. В конце концов, ни о чем похожем он до этого не слышал. Так что скорее всего какая-то местная небольшая банда. Впрочем, очень странно, что они решили так сильно выделиться. Немного поразмыслив, убийца по итогу решил пока оставить их в покое, но на всякий случай держать ухо востро.
Хорошо, что телега осталась в лагере, так что путники отделались лишь небольшой дорожной пошлиной, в следствии чего вся эта возня много времени не заняла. И насколько все же магия полезная вещь. Буквально всего несколько слов да жестов смогли заставить дорогие доспехи выглядеть обычной стеганкой. С каждым днем Норван все сильнее утверждается в мысли, что обязательно нужно будет уломать рыцаря поделиться парочкой секретов. Досадно, что времени сейчас на это особо нет.
Город пах провинцией. Жженый уголь. Лошади. Люди. И ко всем этим живописным ароматам прибавляется тонкий, едва уловимый горный дух. Низенькие каменные домишки, поросшие мхом, оберегают людской покой. Люди тут явно живут не богато, но, тем не менее, вполне себе неплохо. Улицы полупусты, лишь груженые телеги да рабочий люд. Видимо, большая часть населения сейчас либо в шахтах, либо еще где за городом.
Так как самое логичное место для поиска Рорика был его торговый дом, то именно туда и лежал путь «товарищей». И, как оказалось, расчет их был верен. Торговый дом Мейна выглядел довольно потрепанным. Разбитые окна безжизненно глядели на улицу. Выбитая дверь больше не сдерживала зло улицы. Ну чтож, время работать пришло быстрее, чем ожидалось. Подойдя поближе к рыцарю, Норван негромко сказал ему:
- Оставайся на улице и следи, чтоб никто внезапно не нагрянул. Только встань где-нибудь подальше. Тут скорее всего наблюдателей оставили. Я схожу внутрь гляну, что да как.
Скрипнув зубами, Гаурус кивнул пошагал в дальний конец улицы. Стоило ему остановиться в тени дома, как его очертания расплылись и слились с фоном. Вот ведь выпендрёжник. Досадливо цокнув, Норван более привычно и обыденно пытался показать, что он просто еще один простой работяга. Отойдя недалеко от нужного дома, убийца прислонился к стене дома, решив сначала немного понаблюдать, а уже потом лезть в возможную западню.
На улице вроде все тихо. По крайней мере на первый взгляд. Даже как-то слишком. Немногочисленные прохожие старались проходить не задерживаясь, даже не смотря в сторону разоренного дома. Будто все нормально. Интересно. Сколько-то еще понаблюдав за домом, Норван все никак не мог отделаться от мысли, что что-то тут неправильно. Что-то на уровне инстинктов говорило ему – осторожно, засада, наблюдатели. И уже было направившись к дому, разрозненные детали головоломки сложились в простое и очевидное решение. В решение, пронзившее своими последствиями все естество убийцы. Птицы. Сколько бы он ни наблюдал за домом, они все это время вились где-то неподалеку. Полной уверенности у Норвана не было, но как он слышал, некоторые маги способны использовать зверей для удаленного наблюдения.
Так он и замер, пораженный нерешительностью и сомнениями. С одной стороны, нужно заглянуть внутрь, вдруг там остались улики. С другой, это рискованно. Тяжело вздохнув, Норван вновь задумался, насколько Рорик для него важен. Насколько он готов рисковать ради торговца головой. Ну так-то Мейну приходилось ради Норва рисковать. Как товаром, так и головой. Чтоб его. Раз решив, стой до конца, судьбе наперекор. Еще раз оглядев улицу и приметив пернатых наблюдателей на крышах, убийца все-же направился к черному входу. Если здесь замешан маг, то Норвану все равно не удастся от него скрыться. А значит лучше делать вид, что ничего не знаешь.
Разоренный дом встретил непрошенного гостя тяжелым запахом смерти. Привычный, отчасти родной, но столь неприятный знак. Вторым, более приятным знаком, стала тишина. Лишь шорох крыс да гудение мух разносятся там, где до этого звучали людские голоса. Норван сомневался, что тут можно сейчас встретить хоть кого-нибудь живого, но на всякий случай все же извлек из ножен отравленный стилет. На первом этаже, возле лестницы на второй, лежал первый труп. Единственный на этот этаж. Уже обглоданное лицо смотрит в потолок. Несколько пушистых вредителей, напуганных Норваном, отбежали от трупа, злобно пища. Так как беглый осмотр показал, что помимо этого трупа, вроде как внизу никого больше нет, убийца направился вверх по скрипучей лестнице. Наверху еще двое. Все верх дном. Кто-то уже успел осмотреть и унести все хоть сколько-то ценное. Ни денег, ни документов. Даже пару тайников вскрыли. Трупы, судя по всему, принадлежат работникам Рорика. Самого его среди них нет. Ценностей нет. Ничего полезного. Может, спросить соседей? Хотя, что-то подсказывало Норвану, что они ничего не скажут. Что же делать?
Из задумчивости Норва выдернул голос Гауруса, раздавшийся прямо в голове. От неожиданности убийца вскочил на ноги со стилетом наголо. «Заканчивай осматриваться, стража пришла. Они уже у двери». Хороший соглядаталь, вовремя предупредил. Хорошо хоть вообще соизволил. Вот что бывает, когда надеешься не пойми на кого. Ладно, черт с ним. Как можно быстрее и бесшумнее Норван направился в комнату, окна которой выходят во внутренний двор. Снизу уже было слышно переговаривающихся стражников. Как всегда, приходят в самый неподходящий момент. Ну что за люди.
«Вейся». Командное слово, даже произнесенное шепотом, заставило заговоренную веревку расправиться и обвязаться вокруг балки потолка. Ну и многое за эту прелесть ему пришлось отдать в свое время. Окно открылось с легким скрипом. Быстрый взгляд на улицу. Если не считать ворон, то вроде как никого нет. Загнав как всегда не вовремя вылезшие инстинкты, Норван выскользнул в окно. Веревка больно вцепилась в тело, плавно опуская своего хозяина вниз. Оказавшись на земле, убийца дернул ее пару раз, заставляя развязаться и скрутиться обратно. «Спи». Вроде все тихо. Не теряя ни мгновения, Норван отправился прочь от мертвого дома, к своему навеянному судьбой товарищу.

10 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Фейнстон.
Взгляд Гауруса.

Медленно и неотвратимо, но все рушилось. Еще в Гларде можно было расслышать едва слышный рокот этого бедствия, воплощенный в срочном деле, вынудившим Рорика отправиться в Фейнстон раньше запланированного. Едва уловимый рокот перерос в хоть и отдаленный, но настойчивый грохот где-то у горизонта, стоило им добраться до лагеря Мейна. И вот теперь, глядя на разоренный торговый дом, можно отчетливо слышать оглушительное пение небесных сфер. Да и как же все это удачно совпало с появлением этого Норвана. Зря позволил ему одному туда идти. Нечисто все это. Хотя, Рорик ему верил. А он обычно таким не разбрасывается. Как же все непросто.
Но и в этом мраке есть небольшая искра света – судя по всему, местным разоренный дом совершенно не интересен. Не удивительно, в конце концов, обычные люди не любят напоминания о своей смертности. В отличии от более глупых и более пернатых. Воронья то в городе хоть отбавляй. Будто разводит кто. По левой руке пробежала судорога. Да, все же различные отводящие глаз чары – не лучшая сторона Гауруса. Если честно, он даже не был уверен, что заклинание работает правильно.
Так и тянулись в ожидании минута за минутой. Ничего не менялось. Редкие прохожие проходили мимо, даже не смотря на дом. Птицы перекрикивались на крыше. Уже чуть было не утратив последние остатки духа от кажущейся бессмысленности всего на свете, Гаурус приметил двух человек, идущих вверх по склону. Отличались от обычных прохожих они наличием оружия в виде копий и кольчуг. Неужто кто-то из местной стражи? Идут они вроде к дому. Прикинув, что об этом лучше будет предупредить Норвана, рыцарь принялся медленно выстраивать заклинания для связи. Не самое простое занятие, когда нужно поддерживать другое заклинание. Первые две попытки сорвались, безвредно рассеявшись в окружающем пространстве. И пока Шумейкер с ним возился, двое предполагаемых стражей уже почти вплотную подошли к дому, о чем-то негромко переговариваясь. Вдох. Выдох. Собрав волю и сконцентрировавшись, Гаурус сосредоточился на воссоздании колебательного контура заклинания. Несколько слов и жестов воссоздали благоприятные условия. Атман же на них собрал разрозненные фрагменты в единую систему. Подумать только, и вся эта возня с мировыми законами всего лишь ради того, чтоб передать несколько слов. «Заканчивай осматриваться, стража пришла. Они уже у двери». Гаурус почувствовал, что заклинание достигло цели. Вот только ответа не последовало. Все же что-то он сделал неправильно. Остается только надеяться, что смысл послания не исказился.
Результата долго ждать не пришлось. Норван вынырнул из подворотни, взглядом высматривая рыцаря. Отпуская маскирующее заклинания, Гаурус подходит к Норвану. Тот лишь жестом показывает, что нужно уходить, после чего сам следует своему же совету. Шумейкеру не остается ничего другого, кроме как последовать за товарищем. Найдя более менее спокойное и безлюдное место, Норван без лишний расшаркиваний начал:
- Короче, в доме было три трупа. Принадлежат скорее всего парням Рорика. Самого его в доме не было, скорее всего нападавшие взяли его с собой. Дом буквально вверх дном, все хоть мало-мальски ценное вытащили. Такие дела.
- Хм, значит, есть еще вероятность, что он жив. Есть какие-нибудь мысли по поводу виновных?
- В самом доме ничего. А за его пределами приметил во первых странных товарищей в красных капюшонах, а во вторых меня смутили птицы вокруг дома. Странно они себя ведут. Может быть, какой-нибудь маг их для наблюдения приспособил.
Тревожные вещи. Во время всего рассказа Гаурус внимательно всматривался в хмурое лицо Норвана. Не похоже, чтоб он врал или что-то умалчивал. Хотя, кто его конечно знает. Как бы то ни было, у Шумейкера все равно нет никаких доказательств злого умысла со стороны этого убийцы, но есть заверения Мейна о его надежности. Ладно, пока будем исходить из них. Немного помолчав, Гаурус задает закономерный вопрос:
- Чтож, в таком случае, что мы будем делать? Вернемся в лагерь? Попытаемся найти зацепки в городе?
- Ну, как по мне, сейчас нам в лагере все равно делать нечего. Думаю, рабочие там на долго не задержатся, без Рорика то. Ты, я так понимаю, всерьез вознамерился его найти?
- Разумеется. А ты?
- Хм, ну видимо тоже, - понуро ответил Норван. – В таком случае, предлагаю разделиться. Я постараюсь выяснить, что тут по различным отморозкам внизу. Ты же ищи их вверху.
Опять отпускать его куда-то одного. Но, как бы не было горько это признавать, в его словах есть смысл. Ну, вроде как святые призывают доверять ближнему своему. Так что будь что будет.
- Звучит разумно. Так и поступим. Встретимся через пару дней в трактире у ворот. Вот, держи, на карманные расходы, – Гаурус отсчитал Норвану немного серебряных да золотых монет. Целое состояние для какого-нибудь бедняка. Вполне обыденная сумма для кого-нибудь поприличнее. Взяв деньги, Норвон сказал:
- Етить. Ты этим кошелем только на улице так активно не тряси, а. а еще лучше мне его отдай, он у меня в сохранности будет.
- Ха, обойдешься. Ладно, удачи, – махнув «товарищу» на прощание, Гаурус отправился к центру города, обдумывая, с какого бока к этому делу приступить. Насколько он помнил, в этих диких краях у него нет никаких родственников. По крайней мере хоть сколько то близких. Так что вполне вероятно, что о его роде тут и не слышали. Ну, это может по своему помочь. Прикинуться скучающей столичной аристократией. На этой почве выйти на местных бездельников. Немного непривычное для Гауруса роль, но что поделать. Придя к такому незамысловатому плану, Шумейкер сразу и отправился его реализовывать. И лежал его путь к местному управляющему.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

Фатумы. Рокот

Жанр: фэнтези, роман.

Глава первая.
7 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота. Глард
Взгляд Норвана.

Теплый летний ветерок весело носился над крышами домов, купаясь в утреннем солнечном свете и играя развешенной одеждой. А под ним жили и дышали городские улицы ремесленного района столицы. На них кипела жизнь. Из порта тянутся повозки с грузом и еще полными сил грузчиками. В порт же бредут еще сонные клерки и купцы, кто принимать товар, а кто брать со всего этого налоги. Норван шел вместе с толпой, что несла его в глубь района, подальше от шума и запахов речного порта. Привычно выслушивая из общего гомона отдельные голоса, вслушиваясь в голос улиц. Страшные дела нынче творятся, если верить слухам. Хотя, когда было иначе? Кто-то шепчет о прибывшем недавно в порт корабле, полном покойников. Кто-то в полголоса переговаривается о вновь откуда-то выползавших конейцах, устраивающих разбой на дорогах. Третьи волнуются об безумных пророках, что как-то подозрительно часто стали орать свои ненормальные проповеди среди белого дня. Четвертые ворчат об очередной грызне у восточного соседа, из-за чего по любому вновь поднимут налоги, а солдатня окончательно попортит все тракты. И вроде все как обычно. Но общее напряжение чувствовалось злее, острее.
Искомое здание располагалось все там же, где его помнил наемный убийца. Небольшое потрепанное двухэтажное здание, совмещающее в себе квартирку да торговый дом. Внутри Норван застал активные сборы. Несколько работников быстро нагружали пару телег различными товарами да оборудованием для раскопок.
Рорик Мейн нашелся в небольшом кабинете, занятый какой-то беседой с молодым человеком в довольно приличной одежде. Сам же торговец имел по южному смуглую кожу, черные курчавые волосы и небольшую заостренную бородку. Темные глаза Мейна внимательно рассматривали пришельца, после чего хмурое выражение лица сменилось гостеприимно-добродушной. Встав, он направился к Норвану, говоря по дороге:
- О, приветствую, Норван. Давно не виделись. Как поживаешь? – торговец пожал руку убийцы.
- Здоров, Рорик – рукопожатие торговца оказалось подстать его телосложению, властное и крепкое. Мейн с нескрываемым интересом рассматривал лицо гостя, после чего с улыбкой заметил:
- Знаешь, я не эксперт конечно, но как мне кажется, для такого скрытного человека иметь такую штуку на лице не самая лучшая идея. Как угораздился-то?
Норван рассеянно провел рукой по ожогу в форме шестиконечной звезды на лице, после чего быстро взглянув на второго человека в комнате, просто ответил:
- Да так, неудачно уголь из камина прилетел.
Торговец хмыкнул, после чего слегка напыщенным жестов указал на своего до того молчаливого гостя:
- Знакомься, это Гаурус. Мой новый маг-помощник. Благоразумный, надежный и, самую малость, благородный. Гаурус, это Норван. Он мне как-то раз помогал с парой дел.
- Приветствую. – коротко бросил благоразумно-надежный господин маг. Странно, Норван обычно встречал магов из другой породы. Этот обладал на первый взгляд довольно крепким телосложением и выправкой умелого фехтовальщика. Выглядит слегка запыхавшимся. Коротко стриженные светлые волосы. Слегка вытянутое лицо. В общем, молодой, слегка самоуверенный в себе аристократ. Хотя взгляд внимательных, светло голубых глаз явно говорил, что он не глуп. Рядом с «магом» приставлен небольшой меч в не самых дешевых ножнах. Опытный глаз Норвана приметил насколько старших рун на гарде. Каролинг явно зачарован.
- Ага, и тебе не хворать. Рорик, у меня к тебе просьба есть. Две просьбы.
Мейн понимающе усмехнулся, сел в свое кресло за столом и сказал:
- Ну, в таком случае, о чем же они?
- Ну, дело в том, что мне нужно на какое то время затеряться. Это первая. Вторая вот. Камин, – Норван извлек из кармана отполированный браслет из черного, закрученного спиралью дерева, слегка теплого на ощупь. – Не знаю, что это, но оно плюнуло в меня огнем и оставило на лице шрам.
Положив вещицу на стол, убийца явственно ощутил чувство утраты. Утрата сменилась легкой злобой, когда торговец взял браслет в руки и принялся внимательно его рассматривать. Вскоре последовало заключение:
- Ну, это браслет и он явно магический и не простой. Гаурус, что думаешь? – повертев безделицу и так и эдак, Рорик просто бросил ее через всю комнату своему «магу». От неожиданности Норван резко дернулся, но смог удержать себя от глупости. В нем все сильнее загоралось беспокойство. Спокойнее, спокойнее. Несколько раз глубоко вздохнув, Норван пытается успокоиться. Получается, но с трудом. Гаурус же тем временем внимательно рассматривает браслет, делает несколько каких-то странных пасов над ним. Воздух вокруг его руки задрожал, а пальцы ненадолго засияли синеватым светом. После чего «маг» неопределенно хмыкнул и произнес:
- Странная вещь, очень странная. Во-первых, она как-то связанна с тобой, Норван. В смысле не в том, что ты ее откуда-то принес, а в более мистическом смысле. Еще основная его сила сейчас не активна, будто спит или выжидает. Я такой раньше не видел, очень странная. Не могу даже понять, на что она похожа.
После чего рыцарь отпускает браслет, и тот медленно и аккуратно поплыл к убийце. Норв выхватывает артефакт из воздуха и убирает его обратно в карман. Так-то лучше. Как-то правильнее.
Отхлебнув из бокала своего напитка, Рорик пожимает плечами и говорит:
- Ну вот, консультацию ты получил. Так что… - торговец жестом намекает об оплате. Отрывая от сердца, Норван бросает на стол Мейну несколько серебряных монет. – Так что теперь можно поговорить и об первом вопросе. Работа, работа. Хммм. Ну, условно, для человека твоих талантов в принципе я могу найти работу, хоть и не сразу прям в профиль. Короче, я тут затеял неподалеку в горах раскопки. Нашли там кой чего древнего, времен экспансии а то и старше. Пока это единственное, в чем ты мне можешь помочь.
- И что же, дашь мне лопату?
- Хех, не, все не так плохо. На сколько я помню, ты неплохо ориентируешься под землей, да и с работай разных механизмов знаком. Не только современными, но и со старыми. Насколько я помню, близ Нортоса множество древних руин. Часть из которых местные уже для себя разобрали. У меня уже есть пара спецов по механике, но свежий взгляд всегда полезен. Плюс всякие мелочи, ну как всегда. Неприятности не предвидятся, но кто знает.
- Хм, ну ладно. Почему бы и нет. В конце концов, почему бы и не скрыться где-нибудь в глуши.
- Ну и отлично. Тогда Гаурус тебя посвятит в остальные детали, а то меня уже и так заждались срочные дела. Так что, до встречи уже на месте через несколько дней. И да, Гаурус. Норвану можно доверять. Он конечно тип сомнительный, но я с ним уже работал. Мы с ним, в определенной степени, коллеги и немного товарищи. Ну и я слышал уже об его неприятностях, да. Хех, на самом деле я удивлен, что ты именно ко мне пришел, а не к кому-нибудь другому.
- Все другие слишком ожидаемы. Там будут искать в первую очередь.
- Вот как. Ну чтож, хорошо. Удачи и постарайтесь не поубивать друг друга, хорошо?
- Как скажешь, Рорик. – ответил ему слегка мрачный Гаурус. Норван же только кивнул. Когда за торговцем закрылась дверь, рыцарь спросил:
- Ну, раз такое дело, то может быть пойдем перекусим? Выпьем? Я знаю тут неподалеку одну приличную таверну. Заодно пообщаемся и познакомимся.
Норван в принципе не видел причин для отказа.

Взгляд Гауруса.
Сомнения. Они окутали и сжимали своими темными щупальцами внутренности Гауруса. Сомнения и беспокойства. Кто этот внезапный гость? Почему Рорик ему так доверяет? Что за странный артефакт притащил этот пришелец? Гаурус четко ощутил силу, сокрытую под деревянной поверхностью. Спящую в его глубинах. Спящую и выжидающую. И источник этой силы был абсолютно незнаком юному магу. Что-то чуждое. Нездешнее. Горячее. Но какой-бы она не была, поделать с ней он все равно ничего не может. По крайней мере пока. Так что стоит сосредоточиться на остальном.
Потихоньку и не спеша, утро переродилось довольно теплым днем. Весна давно позади, и каждый день лишь жарче предыдущего. В дороге Норван оказался совершенно не расположен к беседе. На все вопросы отвечал просто и односложно, да и в целом держался напряженно, так что вскоре рыцарь перестал досаждать ему и большую часть пути «коллеги» провели в молчании. Удивительный все таки город, Глард. В отличии от Кривера, в нем всегда примерно одинаково оживленно. Разве что ночью становится лишь чуть поспокойнее. Думается, тут замешаны как размеры Гларда, так и то, что Кривер все-же город-крепость, а не абы что. В отличии от Гларда, в нем нет места лишнему.
Пройдя из ремесленного квартала ближе к центру города, рыцарь краем глаза заметил возвышающуюся в дали восьмиугольную массивную крепость, выполненную из непрозрачного, черного стекла. Балинор. Внутренне поежившись, рыцарь отвернулся и направился в противоположную от него сторону, продолжая спиной чувствовать подавляющее присутствие этой древней махины. Холодное, злое и немного маслянистое. Самая нелюбимая часть маршрута, заканчивающаяся через полтора квартала.
И вот, относительно чистая мощеная улочка привычно привела Гауруса к цели – трехэтажному опрятному зданию, крытому красной черепицей. Поправив перевязь с мечем, рыцарь произнес:
- Ну вот. Если что, не волнуйся, я угощаю.
Норван слегка вздрогнул, будто выходя из глубокой задумчивости, в едва заметной растерянности осматривает здание, после чего говорит:
- Чудно. Вопрос только: а как она называется?
- Эм, ну, вон вывеска. – конфуженный таким вопросом Гаурус указывает на вывеску.
- Ну, рад за нее. Вот только я читать не умею.
Точно. Не все же простолюдины грамотны. Кивнув самому себе, признавая оплошность, он сказал:
- Вот как. Ну, тогда таверна называется «Зеленый Ёж».
- Ага. Я запомню. – Проговорил Норван, проходя внутрь. Как и ожидалось в столь ранний для таверны час, она была почти пустой. Так, около десятка человек и не совсем, занимали несколько столов. Кто-то ел в одиночестве, просто зайдя перекусить, кто-то обсуждал самые различные дела. Пока Гаурус заказывал завтрак, Норван занял стол в углу, с которого хорошо просматривался как почти весь зал, так и входы на улицу и в служебные помещения. Хм, видимо, и взаправду его неплохо так прижали, раз он так дергается. Дождавшись, пока принесут заказанное, рыцарь решил начать:
- Ну чтож. Пожалуй, представлюсь еще раз и уже более правильно. Гаурус Шумейкер, рыцарь четвертой ступени ордена Анэхранид.
- Анэхранид. Хммм. Это же вроде один из Криверских орденов. Вы разве нас от Пустоши не защищаете? Тут-то ты что забыл?
- Ну, вообще не совсем так. Мы скорее защищаем Пустошь от вас. А то кто знает, кто туда пролезет и что вытащит. Ну а я сейчас, скажем так, временно перевелся на внутреннюю службу.
- Ага, вот оно как. – ответил на это Норван. Недолго побуравив Гауруса пристальным взглядом, коротко пожал плечами, принимая его отговорку. Ну и славно. Отхлебнув эля Норв сказал:
- Ну а я фамилии не имею никакой, так что вот. До этого в основном жил и работал в Нортусе. И я что-то типо мастера на все руки. Выполняю различную не самую честную работу не самым честным образом.
- Смело сказано. Обычно о таком стараются умалчивать. Не боишься, что я тебя страже сдам? Моего слова в принципе должно хватить в качестве доказательства вины. – проговорил рыцарь, улыбаясь. Норван хмыкнул в ответ и сказал с едва заметным вызовом:
- Ага, и сказал мне это человек, что работает на Рорика. Дай-ка угадаю, он все еще покупает и продает половину своих товаров из под полы. И как его «маг» ты в этом напрямую замешан. Да и Мейн сказал, что ты благоразумный.
- Ну, и то верно. Так от кого ты бежишь?
Норван скривился, будто съел что-то кислое. Но ответил:
- Скорее всего от последнего заказчика. Ему видимо был нужен тот браслет, но он ему не достался. И теперь не достанется. Из-за него умерли все мои товарищи. Так что теперь меня интересуют некоторые вопросы на некоторые ответы. Ну а ты? Насколько слышал, во внутренние дела рыцари уходят не просто от нечего делать.
Пришла пора Гауруса поморщиться. И отвечать:
- Небольшая цепочка неудач при походе в Пустоши показала, что мне еще есть куда расти и чему учиться. Чтож, предлагаю выпить за то, чтоб неудачи оставались в прошлом. – Гаурус поднял свою кружку. Улыбнувшись, Норван поднял свою:
- А будущее сулило лишь одни победы, – отпив из кружки, Норван немного помолчал и сказал. – Хм, становится слишком тихо и безлюдно. А кто остался однозначно отрезают нам пути отхода. Твою ж налево.
Норван резко опрокинулся назад, метая кинжал куда-то за спину Гаурусу. Резкая ругань и топот ног. Шумейкер нырнул в сторону. Вовремя. Легкий боевой топор с грохотом вонзился в спинку стула. Отскочив от врага подальше, привычным движением рыцарь обнажил свой меч. Место не особо много, но что поделать. Сплетя пальцы в жест, подкрепив его словом силы, Гаурус покрывает себя защитным заклинанием. Далеко не доспех, но хоть что-то. Быстро осмотрелся. Здоровый мужик уже успел вытащить из стула застрявший топор. Еще один стоит на коленях, окровавленными руками держась за шею. Вокруг ширится лужа крови. Третий сражается с Норваном. Четвертый судорожно перезаряжает легкий арбалет у противоположной стены. Ну и пятый, громко матерясь, уже мчится к Гаурусу с палашом наголо. Глубокий вдох. Людей рыцарю еще убивать не приходилось, но они сюда сами пришли, в конце концов. Коротко вскрикнув, первый громила просто и без затей рубанул топором, целясь в голову. Шаг вправо, прикрываясь от одного разбойника другим. Полукругом уведя топор в сторону, обратным движением клинка Гаурус вспарывает первому противнику живот, толкает на второго. Арбалетчик закончил возиться и целится в Норвана, что все еще возится с первым. Пара жестов заставляют воздух дрожать, между пальцев заструилось пламя. Собрал его в небольшой гудящий шар. Направил на базис-вектор арбалетчика. Аккуратно огибая препятствия, огненный снаряд, ревя и рассыпая искры, врезается в несчастную жертву, покрывая ее всю пламенем. Истошный вопль привлек к себе внимания всех сражающихся. Объятый пламенем, разбойник рухнул на пол, мечась по нему из стороны в сторону. Довольно быстро помещения начал затягивать гадкий дым. Кажется, немного перебор. Громила с палашом отошел от шока, явно раздумывая, а стоит ли оно того. Но долго ему думать не дали, выдернув в суровый мир. Быстро сократив дистанцию, Гаурус совершил несколько колющих ударов. Грудь, живот, шея. От первых двух разбойник кое-как еще смог защититься, но третий пробил ему горло. Сделав несколько нетвердых шагов назад, противник рухнул, конвульсивно дергаясь и захлебываясь кровью. У Норвана тоже все хорошо. Его противник, получив несколько не особо глубоких ран, двигался подозрительно медленно и неуклюже. Ударив куда-то совсем в сторону, ноги его подкосились, сбросив его на пол. Он попытался встать, но подоспевший кинжал Норвана избавил его от этой необходимости.
В таверне повисла та особая тишина, что бывает только после горячки битвы. Лишь едва слышный треск горящих костей нарушал сию благодать. Посмотрев на трупы, Норван выглядел по настоящему потрясенным. С каким-то особым благоговением он смотрел на то, как пламя медленно пожирает плоть головореза. Проследив за его взглядом, Гаурус произнес:
- Кажется, я перестарался. Сильно перестарался. – он чувствовал себя странно. Очень странно. В голове как-то пусто. Опустошенно. Вопрос в том, должно ли быть так? Отведя взгляд от сгоревшего тела, рыцарь еще раз взглянул на только что убитых им людей. Ну, они же в конце концов напали первыми, разве не так? А значит все нормально. И пока Гаурус придавался своим размышлениям, Норван с явным усилием заставил себя оторваться от созерцания уже ставшего пеплом трупа и сказал:
- Лихо. Короче, я пока заныкаюсь кой-куда. Завтра в порту встретимся и свалим с города, пока новые неприятности не подоспели. – не дожидаясь ответа, Норван скорым шагом вышел из таверны и скрылся в неизвестном направлении.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

Фатумы. Рокот

Жанр: фэнтези, роман.
Пока есть только самое начало, продолжение когда-нибудь будет.

Пролог 2
16 день 12 лунного цикла 942 солнечного оборота.
Снег, неспешно вальсируя с ночным ветром, медленно укутывал белесой пеленой спящий дом. Дом, так схожий со своими соседями. Приютивший под своей крышей людей, даривший им свою защиту и укрытие. Но было одно небольшое отличие. Одно единственное приоткрытое окно на втором этаже, впустившее внутрь холод и зло улицы. В доме было неспокойно. Едва уловимые шаги. Тихие шорохи. Запах крови. Отныне этот дом не был чьим-либо убежищем, но стал последним пристанищем. И лишь на первом этаже во тьме горел тусклый огонек. Незваный гость, не торопясь и вчитываясь, изучал найденные в тайнике записи. На первый взгляд обычная бухгалтерия торговца различными овощами.
- Хм, южный картофель. Занятно. Рабы что-ль? Да и компания какая-то незнакомая. Хмм. – пробормотал Норван, глядя в записи. В прочем, ответить ему было некому. Еще немного полистав книгу, убийца убрал ее в небольшую сумку, сокрытую под одеждой. Спрятав в карман небольшой светящийся камешек и закинув на плечо мешок с набранным добром, Норван направился на второй этаж. Странные дела. Ну, это все не его заботы.

23 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота.
Четыре дня, среди тьмы, пыли и мертвецов. Четыре дня они бродил по древним катакомбам. Возились с древними замками и механизмами. Бродили, рыскали и вынюхивали. Искали. И если бы не крупная сумма аванса да еще большая окончательная, бросил бы он это дело в первый же день.
Но никакие невзгоды не могут длиться вечно. Шаг за шагом, мгновение за мгновением, они приближались к развязке. И по прошествии четырех дней, отделавшись несколькими ранами, группа грабителей все же смогла отыскать и вскрыть хранилище. Тщедушное пламя фонарей из всех сил боролось с извечной тьмой. Тьмой не знавшей Солнца. Пыль и упадок безоговорочно властвовали в сводах древнего сооружения.
- Так, нам нужна статуэтка дракона. Только ее можно трогать. Остальное проклято. Так что следите, чтоб ничего не прицепилось или еще какой хуйни не случилось. Порядок: я, Морк, Дрейз, Нейл. Норван, замыкаешь. – Нарц в последний раз сверился с бумагами, что дал им наниматель. Несколько раз кивнул, запоминая маршрут, после чего подхватил фонарь и шагнул в пугливую тьму сокровищницы. Вслед за ним последовали и остальные. Грабители, воры и убийцы. Шайка.
Сокровищница ломилась от богатств. Золото и каменья, серебро и заговоренная сталь. Резные статуи из мрамора и янтаря, украшенные драгоценными тканями. Фолианты, содержащие древние знания. Древнее эльфийское искусство. Желанное, но роковое. Несколько минут они тихонько брели среди неисчислимых богатств. Шаг в шаг. Шаг в шаг. Несколько долгих минут, что медленно и неуверенно сменяли друг друга в душной, жаркой тьме.
И вот, когда соблазн стал уже почти непреодолим, они дошли. Нарц, в соответствии с инструкцией, трижды хлопнул в ладоши, крутанулся разок и громко свистнул. И только после этого взял с пыльного пьедестала не менее пыльную статуэтку дракона. Она была не особо большой, выполнена из какого-то черного камня на подобии обсидиана и покрыта паутиной небольших трещин.
Жар. Пламя. Агония. Хаос. Обожженное горло с хрипом пропускало воздух. Норван, из последних сил, шатаясь, но все же смог выйти на своих двоих из древнего подземелья. Лицо горело. Разум метался в панике. Левая рука судорожно сжимала что-то горячее. Пройдя еще немного, убийца рухнул без сил. Полился ледяной дождь. Небольшой деревянный браслет гудел сокрытым в его глубинах пламенем. Поплевавшись еще немного искрами, пламя отступило вглубь древесины, покинув черную поверхность украшения. Порывшись немного по сумкам и карманам, Норван нашел лечебную мазь, после чего начал втирать ее в лицо. Боль отступала. Долгожданное облегчение. В носу все еще стоял запах горелого мяса. Кое-как встав, обгорелый убийца укрылся от дождя в палатке, где и забылся тревожным сном. Сном, в котором его пытало пламя.

6 день 6 лунного цикла 943 солнечного оборота
В ночи неспешно и угрюмо, поскрипывая деревянной обшивкой, шла барка. Ей вторили мерные удары волн о борт старой посудины. Ничего больше не смело нарушить мертвую тишину. Тишина, покой, умиротворение. И лишь в свете зажженных фонарей на пустующей палубе можно было рассмотреть пятна крови и несколько трупов. Торговцы и их команда. Кто-то погиб от стрелы в горло, кого-то порезали ножом. Но среди обычных матросов виднелись и иные трупы. Одетые в темно одежды, что скрывали их в ночном сумраке. Незваные гости. Мелкие убийцы.
Но не смотря на первое впечатление, не все на барке были мертвы. В ее недрах скрывались последние выжившие. И один из них был этому в высшей степени не рад. Избитый и израненный, с несколькими сломанными пальцами, он выглядел жалко. Второму тоже досталось: одежда порвана, из нескольких неглубоких ран все еще сочилась кровь. Левая сторона лица была изуродована свежим шрамом от ожога в виде шестиконечной звезды, расположившимся у него на щеке. Норван сидел на ящике с товаром, аккуратно перебинтовывая руку. Его же собеседник, крепко связанный лежал на полу, истекая кровью и мужеством.
- Это было близко, чес слово. Совсем чутка не дожали, - нарушил тишину беглец. – Что однако хорошо. Итак, ты будешь хорошим мальчиком и сам мне все расскажешь? У меня просто не особо много времени после всего вот того, что вы тут устроили. До Гларда осталось всего ничего, и мне бы не хотелось на патруль нарваться. Сам понимаешь. – закончив перевязываться, Норван опер руки о колени и стал выжидающе смотреть на своего собеседника. Тот молчал. По роду своей деятельности беглый убийца имел довольно объемное терпение. Но не сегодня. Со вздохом он взял воткнутый рядом кинжал и подошел к пленному, нависнув над ним подобно злому року.
- Я как бы могу и по-плохому спрашивать, сам понимаешь. Извини, но я буду чуть более груб, чем обычно. Ты тут главное не помри.
Вскоре внутренности корабля наполнились сдавленными криками. Криками слишком тихими, чтоб они могли пробиться сквозь корпус барки в глухую и безразличную ночь. Через непродолжительное время последняя живая душа покинула корабль, и тот продолжил свое путешествие в одиночестве, неся свой страшный груз еще ничего не подозревающему спящему городу.

Пролог 3
5 день 2 лунного цикла 941 солнечного оборота
Триумфальная музыка заполняла собой все пространство величественного зала. Свет, порожденный магическими свечами, заполнял собой даже самые потаенные закутки. Сегодня здесь нет места тьме. Церемония Возвышения. Гаурус не особо горел желанием наблюдать за этим чудовищным ритуалом. Ну, хотя бы по божьей милости, ему не нужно было в нем участвовать. И если бы не традиции и обязательства, Гаурус и вовсе сбежал бы заниматься более важными вещами. Мечты-мечты. В зал вошел первый претендент. Если память Гауруса не подводила, то он был сыном какого-то мелкого не то купца, не то еще кого-то такого. В общем, самый обычный человек, что смог проявить себя в достаточной мере. И если все пойдет как должно, то они будут в одном отряде. Мда. И куда они все только лезут. Сидели бы себе за безопасными стенами и делали бы свое дело. Но нет, все хотят быть теми, кем не являются. Да и сам этот ритуал. Обретение способности к магии, кто обделен ею от рождения. Да, несомненно, ордену всегда нужны новые бойцы. Разумом будущий рыцарь это понимал. Но не сердцем. Сердце говорило ему иное. Ну да ладно. Он не будет смотреть и ровняться на других. Много чести. Он, как и его предки до него, сам скует свою судьбу. Сам станет тем, на кого будут ровняться. Приготовления закончились, и первого претендента, поставив на колени, приковали к полу в центре магического круга. Несколько магов начали произносить заклинание в унисон, сплетая вместе слова, жесты и мысли. Вторя им, претендент начал кричать.

16 день 4 лунного цикла 943 солнечного оборота
Раннее утро стелило сизый туман по древней земле. Земле, видевшей многие войны и бедствия. Последняя такая война навсегда ее изменила. Древняя и чуждая магия, высвобожденная в этом конфликте, навсегда исказили это царство. Царство, что с тех пор могло порождать одних лишь чудовищ, ранее невиданных. Безумные земли, если спросишь на Западе. Пустошь, если спросишь на Востоке.
Пряный туман кружил голову, не давая Гаурусу сосредоточиться. Товарищи что-то кричали. Мутные тени скользили по густому покрову на грани восприятия. Бестелесные, неосязаемые существа, единые с туманом. Ноги слабели. Тело медленно, но неумолимо набирало вес. Разум растворялся в окружающей мгле. Серия коротких вспышек разорвала пелену проклятой дымки. Ее обитатели злобно защебетали, грозя всеми возможными карами. Несколько зыбких фигур возникли прямо перед молодым рыцарем. Длинные, тонкие руки потянулись к его лицу. Их обладатели неспешно лили свой шепот в разум Гауруса. Обещания силы. Обещания славы. Обещания покоя и величия. Туманная неспешность тут-же сменилась животным страхом. Тело, выполняя вбитые в него движения, закрылось от самого левого фантома щитом, одновременно с тем горизонтально рубя правого. Клинок прошел сквозь призрачное тело почти без сопротивления. Шаг вперед и вправо. Меч к плечу. Резкий удар с разворотом по центральному. Заговоренная сталь почти разорвало туманную плоть. Грозно щебеча, третий фантом прыгнул на рыцаря. Короткий удар, и окованный сталью щит порвало тело фантома на лоскуты тумана, медленно оседающие на землю. Быстро осмотрелся. Все новые и новые фантомы прибывали, создавая свои тела прямо из тумана. Несколько товарищей по отряду уже лежали без признаков жизни. Влажный и холодный туман проникал под доспехи, пожирая тепло. Спохватившись в последнее мгновение, Гаурус отшвырнул от себя фантома простым заклинанием, после чего рассек его клинком. Легкие кое-как пропускали в себя промерзший воздух. Тело наливалось тяжестью и болью. Бесполезно. Просто рубить их недостаточно. Сосредоточившись, молодой рыцарь усилием воли сплел заклинание поиска. В расширенное сознание потоком полилась информация. Собравшись с духом, Гаурус отправился к самому плотному скоплению силы. Довольно скоро его путь преградили новые туманные фантомы. Издав нечленораздельный рев, юный Шумейкер ринулся на них, нещадно коля и рубя. Заговоренная сталь жадно рвала эфемерные тела. Но на место павших приходили все новые и новые монстры. Каждое прикосновение, каждый пропущенный удар, оставляли на защите рыцаря крохотные, но трещины. Сталь ржавела. Заклинания распадались. Шаг. Взмах мечем. Шаг. Укол. Шаг. Боль. Шаг. Призрачное пламя. Потратив на него последние силы, Гаурус смог создать небольшую, но все же прореху в рядах фантомов. И лишь для того, чтоб увидеть, как кто-то другой вонзает клинок в источник тумана.

27 день 5 лунного цикла 943 солнечного оборота.
- Вот уж не ожидал, что ты серьезно приедешь, Гаурус. Все настолько плохо было? – Рорик Мейн, высокий и крепко сложенный торговец со смуглой кожей, поставил перед рыцарем кубок с вином, после чего сел напротив него со своим.
- Да, все было очень плохо. Как выяснилось, нам крупно не повезло, но все-же. Я и вправду оказался не готов к Пустоши. Там все по другому. Воздух, земля. Магия. Дело даже не в том, что она не слушается, нет. Наоборот, она очень послушная там. Дело скорее в том, что она, как бы правильнее сказать, грязная. Маркая. Все еще чувство, будто я в чем то липком. Мерзость. – Гаурус поморщился и сделал довольно долгий глоток. Не смотря на все прошедшее время, руки все еще дрожали.
- Понятно. Отец, насколько я понимаю, не особо был в восторге?
- Будто бы он бывает хоть от чего-то в восторге.
- Хм, не поверишь, но бывает. По крайней мере, его всегда радовали твои успехи в учебе, – торговец улыбнулся и, отпив немного вина, продолжил. – По крайней мере, не одно его письмо не обходилось без хвастовства. Говорят, у тебя талант к быстрому построению заклинаний. Без лишних там слов и плясок.
Гаурус вздохнул и упер взгляд в вино:
- Ну да. Правда, так получается построить только самые простые формулы. И для каждого отдельного заклинания приходится долго тренироваться.
- Хех, забавно смотреть, как ты вот так вот просто рассказываешь о вещах, большинству смертных не доступных. Ну, развитый Атман все же дает о себе знать, - Гарус уже было хотел что-то сказать, но Рорик примирительно поднял руку, останавливая его. – Не бери близко к сердцу, это так, простое ворчание. Ладно. Ты хотел себе работу. Ее у меня есть. А именно, сортировка предметов. Отделять магические от обычных. Маг, что не так давно для меня все это делал, покинул меня. Так что вот, будет тебе заодно и практика, которую ты так искал.
- Сортировка? Серьезно? Ну, я в принципе не против, но после этого вряд ли ты получишь еще хоть одно хвастливое письмо.
- Сортировка, это только по началу. Ну и пока мы в городе, где все более менее спокойно. Но, сам знаешь, в городе я не всегда сижу. Так что не боись, практика и для меча найдется.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

Слепая магия

Жанр: темное фэнтези, рассказ.

Безжалостные солнца прикладывали все свои космические усилия, чтоб уничтожить все живое, что ползало по земле. Воздух дрожал, разогретый жаром изуродованной магией земли. Вдалеке было видно, как непостоянный ландшафт этого места менял свои очертания. Но Охотнику нужно идти вперед. За одним шагом следовал другой. Шаг за шагом. Многочисленные раны саднили от пыли и соли, что поднимались местными ветрами. Они беспощадно трепали фигуру одинокого путника, угрожая пустить ее в полет, подобно разорванной тряпке. Но он шел. Вопреки ветрам, вопреки боли, вопреки судьбе.

616 солнечный оборот. День и лунный цикл неизвестны.
Невериот устало привалился к останкам древней, некогда каменной, кладки. Он с блаженством впитывал ночную прохладу. Наконец-то его длительное путешествие по Безумным Землям подошло к концу. Скорее всего. Если Ремма ничего не напутала, конечно. Да, давненько он не возлагал столько надежд на кого-то другого. Оставалось лишь надеяться, что это не станет очередной ошибкой. Последней. Насладившись мимолетными мгновениями покоя, охотник извлек из сумки инструкции, оставленные ему волшебницей. Пробежавшись по ним глазами, он покачал головой:
- Вот жеж леший. И вот это называется просто?
Невериот взглянул на металлическую арку портала и большую чашу, что была соединена с ним. Ну, сколько не ворчи, а включить его придется. И сделать это может только он.
- Надеюсь, твои уроки не слишком отстали от жизни, старик, – охотник ненадолго задумался. – Хотя, если так подумать, то эта штуковина должна быть твоим ровесником, если не старше.
Немного расчистив место у портала, Невериот принялся изучать записи Реммы. Потратив на это несколько часов, охотник вроде смог уловить основную мысль. Осталось ее реализовать. Хоть и крайне обобщенно, но Невериот знал магическую теорию. Проблема в том, что это не делает его магом. Охотник еще раз заглянул в записи. «Слепая магия». Древний принцип непрямого построения заклинаний.
- «Это как рисовать картину вслепую». Ну обнадежила, ничего не скажешь. – Проворчал Невериот, доставая из сумки необходимые реагенты. Предварительная подготовка заняла еще несколько часов. Четверка горящих костров, приготовленное по мутному рецепту и из не менее мутных составляющих зелье, нарисованные на камнях и теле базис-руны, вымазанные в золе каких-то трав руки и лицо. Вроде все готово к «высшей» магии. Нос жег дым от горящих трав. Медленно, но верно разум начал обретать легкость. Мир стал четче. Звуки громче. Запахи едче. Набрав полную грудь воздуха, Невериот сомкнул ладони перед собой, выставил правую ногу вперед и слегка согнул колени. Затем, на выдохе, стараясь поддерживать правильные ритм и громкость голоса, охотник начал зачитывать слова заклинания, смысл которых совсем не понимал. Вслед за этим, Невериот медленно развел ладони, складывая пальцы, пощелкивающие от подобного надругательства, в сложные жесты, поднимая правую и опуская левую руки. Закончив первую строфу, охотник выпрямился, сделал оборот и вновь сомкнул ладони. В ответ на это базис-руны обожгли кожу. Земля начала ритмично подрагивать. Вторя ей, каменная арка портала начала издавать низкий гул. Пот катился градом. Мышцы свело судорогой. Реальность отчаянно сопротивлялась столь грубым методам. Немного передохнув, Невериот вновь глубоко вдохнул. Легкая часть пути пройдена. Теперь начинаются настоящие испытания. Сосредоточившись, охотник начал зачитывать вторую строфу. На полуслове все тело резко пронзила боль. С трудом расцепив пальцы, всеми силами стараясь унять дрожь, Невериот медленно начал складывать новые жесты. Вспышка боли, словно от раскаленного прута, разорвала голову. Левый глаз ослеп. По щеке потекла горячая кровь. Медленно опускаясь на колени, охотник начал повышать голос. Вторя ему, арка портала начала издавать более громкий гул. Древний камень окутало слабое сияние. Базис-руны раскалились, прожигая плоть. Запах трав дополнился запахом горелого мяса. Каждое следующее слово заклинания отзывалось все более сильной болью. Правую ногу парализовало болезненной судорогой. Кое-как, выполнив последний жест, охотник вновь свел ладони вместе. Он горел. Он тонул. Вся тяжесть мира обрушилась на его плечи, желая раздавить дерзкого «смертного». Сломить. Увы для мира, этот «смертный» уже был сломлен. Сломлен и перекован. Боль. Ее он познал в полной мере. У охотника была цель. Цель, на пути к которой его остановит точно не боль. Сияние стало ярче. Каменную арку заволокла белая дымка. Гул и дрожь достигли своего апогея. Боль повалила тело Невериота и изогнула его дугой. Последние три слова он произнес, задыхаясь и совсем не попадая в ритм. Земля качнулась в последний раз, переходя на постоянные мелкие вибрации. Боль медленно отступала. Немного полежав, Невериот, тяжело дыша и обливаясь кровью и потом, кое-как пополз на четвереньках к яркому светящемуся пятну, коим ему виделся портал. Лишь бы все получилось правильно, и он вел туда, куда нужно. Хотя, куда-бы он не вел, там однозначно будет лучше, чем в Безумных Землях.

12 день 6 лунного цикла 616 солнечного оборота.
Несколько раз Невериот пробуждался лишь для того, чтоб вновь провалиться в забвение. Он был в какой-то комнате. Его тело мучили боль и лихорадка. Разум же подвергался пытке навязчивыми видениями и образами. Образами прошлого, что было. Образами прошлого, что он забыл. Образами прошлого, что он придумал. Он шел по улицам поселка. Они были знакомыми, но охотник никак не мог вспомнить, где он их видел раньше. В своем путешествии он не был одинок. Улицы были завалены бледными обескровленными телами, что с молчаливым укором провожали взглядом Невериота, бредущего к центру. Они осуждали. Они проклинали. Они ненавидели. Не было тех слов прощения, что могли бы успокоить их гнев. Он подвел их. Всех и каждого. Своей гордыней. Своей глупостью. Своей нерешительностью. Своей трусостью. Невериот смиренно принимал их проклятия. Принимал и нес в себе сквозь уготованные ему века. В центре этого ада его ждали Они. Тот, кого он ненавидит. Тот, кто ненавидит его. Малэлас. Предтеч рода Каэнхерс. Чудовище, что приняло обличие человека. Человек, ставший чудовищем. Своей левой рукой он удерживал Ее. Анна. Легким движение когтей Малэлас вырвал ей гортань. Невериот рванул к ним. Из всех сил. Но ноги подвели его. Каждый шаг стоил все больших усилий. Невериот посмотрел в голубые глаза Анны. В них были лишь боль и ненависть. Он предал ее. Он бросил ее. И она проклинала его. И ее проклятие ранило глубже остальных.
Невериот проснулся в холодном поту. Разбитым и подавленным. Но хотя бы живым. Уже прогресс. Отдельно радовало то, что лежал он не на холодной земле, а во вполне себе теплой кровати. Ответом на его шуршание послужил высокий женский голос:
- Наконец-то ты проснулся. Я уже боялась, что придется звать какого-нибудь лекаря. Как самочувствие? Выглядишь крайне непригодным, если хочешь знать мое мнение.
Невериот с некоторым трудом повернул голову. Обладательница голоса вальяжно развалилась в кресле, расположенном в углу комнаты. В тонких, почти анорексичных руках хозяйка комнаты держала какую-то книгу. Невериот попытался ей ответить, но единственное, на что у него хватило сил, так это похрипеть. Видя его потуги, женщина улыбнулась, отложила книгу в сторону и, неестественно изогнувшись, долго и со вкусом потянулась. После чего, шурша белым платьем, встала и подала засыхающему охотнику воды. В который раз Невериот приметил для себя странную походку этого низкорослого создания. Ремма. Волшебница. Эльфийка. Охотника всегда интересовало, как эти супнаборы в принципе способны передвигаться. Но спрашивать как-то не решался. Может, они и выглядят тощими, но слабыми они не являются. Сама же Ремма облокотилась на стену и ожидающе сверлила Невериота своими серебряными глазами.
- Кхе ха… Спасибо. И за воду, и за магию, - проскрежетал в ответ охотник своими поврежденными связками. – Ну, встретить в своем логове он меня однозначно не ожидал, кх. Я успел его ранить, но он все же сбежал. Нужно придумать что-нибудь против телепортации. Да и вообще против магии. В общем, я нашел у него какие-то расчеты, посмотри, чем он там конкретно занимался.
- Ага, я уже, - Ремма улыбнулась и развела руки. – Ты два дня отходил от своего, простите боги, волшебства. Мне было скучно.
Невериот отвернулся и пробормотал:
- Ну, как по мне, получилось у меня вполне сносно. Хоть и не сразу, но портал открылся. – В ответ на его заявление Ремма разразилась хохотом:
- Ну да, ну да. Ладно, чтоб не топтать твое самолюбие, скажу, что получилось почти как должно быть, - Ремма вытерла выступившие слезы. – Твое нынешнее состояние, это результат твоих ошибок. На самом деле тебе очень повезло, что я ждала, когда ты начнешь. По сути, ты лишь подал сигнал. Дальше я все сама сделала. Этим то и отличается серьезная магия от фокусов на ярмарке, что ты практикуешь, мальчик.
Невериот тяжело вздохнул. Он не знал, кто из них старше, но решил не поддаваться на провокацию.
- А по поводу ограничения его в магии. Хм, как вариант можно было бы попробовать создать Камень Бедствия, но если у него есть собственный источник силы, то камень скорее помешает, чем поможет. Я подумаю над этим. А ты пока отдыхай. Попозже принесу что-нибудь поесть.
Хорошо, когда о тебе кто-то заботится. Главное не привыкать к этому. Ведь ничто не вечно в этом мире. Но пока можно и дать себе слабину. Чему Невериот и отдался с головой.

13 день 6 лунного цикла 616 солнечного оборота.
Теплое летнее солнце радовало своей милостью. Покой утра, предвещающий дневные заботы и тяготы, нарушал лишь далекий звон колоколов из церкви Триумвирата. Как же давно он бывал там? Охотник и не помнил уже. Священники говорят, что все происходит по воле богов, и все наши тяготы и невзгоды это их испытания, ниспосланные, чтоб закалить сердца и отделить праведников от грешников. Такая себе стратегия. Ведь ее результатом будут лишь толпы грешников среди немногих праведников. Невериоту всегда казалось, что роль богов в спасении всех. Ну, все когда-нибудь ошибаются. Хотя, может быть, где-нибудь и живут такие боги. Жаль, что Невериот не знал о них. Охотник грустно улыбнулся. Да, Анна бы однозначно пожурила его за такие мысли. Но боги не спасли ее. А значит, они не нужны Невериоту. Вдохнув утренний воздух поглубже, Охотник поймал солнечный луч отполированным лезвием своего боевого топора и отправил его в морду наглого трактирского кота. Тот недовольно зажмурился и отвернулся. Когда то давно один старый охотник сказал, что в этом топоре хранится осколок силы бога солнца Аурона. Добавив при этом, что хоть и хорошее, но это все же оружие, которое должно служить человеку, а не наоборот. Интересно, откуда он его взял? Хотя, какая уже разница. Старый воин уже давно мертв, унеся этот секрет в могилу. Как и имя топора, если оно у него вообще было. Чем, собственно, Невериот интересовался чуть более, чем никак. Он был согласен со старым воином. Топор, каким бы сильным он не был, всего лишь инструмент. Ничего более. Невериот взглянул в свое отражение в лезвии топора. Светло голубые глаза охотника смотрели на него с задумчивостью. Темные, с обильной проседью волосы вновь отросли и безобразно торчали в стороны. Давно пора их уже обрезать. На вытянутом заостренном лице проступают признаки постоянной усталости. Невериот потряс головой. Хватит с него отдыха.
Хлопнув дверью, из гостиницы вышла Ремма. Ее худощавая фигура была одета в практичную дорожную одежду, служащую подвижности и удобству, а не красоте. Хотя, учитывая внешность Реммы, сложно найти одежду, что сделает ее красивой. Но, несомненно, и на такое любители найдутся. На поясе у нее болтался небольшого размера меч и кинжал. Эльфийка блаженно потянулась и сказала:
- Ну что, готов? – Невериот лишь кивнул, вернул топор на место и отправился в конюшню. Выведя лошадей и передав Ремме поводья, охотник спросил:
- Итак, каков наш план?
- Судя по тем бумагам, что ты привез, Малэлас отправился за Безумные Земли на Восток, к Союзу Вольных Городов. Я смогу нас туда переправить, но давай отойдем подальше в лес, с глаз Инквизиции. Костер мне здоровья не прибавит, – проговорила она шепотом, улыбаясь. Невериот же лишь кивнул, ощущая волнение. Магия вещь полезная, но опасная. Тем более таких порядков. Но Ремма вроде как достаточно опытная волшебница. Если судить по тому, что она уже сделала. Но будущее покажет.

13 день 6 лунного цикла 616 солнечного оборота. Вечер.
Полдня они ехали по извилистым лесным тропинкам. Густая листва защищала путников от летнего зноя, а хвойные деревья даровали приятный аромат. Лишь паутина омрачала лесную идиллию. Паутина и комары. Ничего-то не бывает даром в этом мире. Какая досада. Следуя лишь за ей одной известной нитью, Ремма вывела охотника на небольшую поляну, усеянную различными травами и цветами. Немного изучив поляну, эльфийка уверено кивнула и передала заботу о лошадях своему спутнику. Сама же она принялась увлеченно подготавливать поляну, пожертвовав на это остатком дня.
Солнце медленно, но неотвратимо двигалось за горизонт, окрашивая небеса в красные тона. Поляну было не узнать. Трава втоптана, повсюду набросаны камни, разрисованные средними и высшими рунами. Импровизированный магический круг.
- Заводи лошадей. Отправимся сразу же, как только солнце сядет. – Позвала Ремма, устало вытирая пот со лба. С превеликой осторожностью Невериот провел лошадей через единственный свободный коридорчик в камнях. Как только животные разместились в центре, Ремма положила последние камни на место. В воздухе плыл густой, дурманящий запах различных благовоний. Лошадям он очень не нравился. Невериоту, в прочем, тоже. Волшебница встала в самом центре круга. Как только солнце полностью скрылось, оставив за собой сполохи догорающего заката, Ремма начала зачитывать заклинание. Тягучее, плавное. Глубокое. Оно было больше похоже на песню. Язык был охотнику незнаком, но скорее всего это был какой-нибудь из эльфийских языков. Вторя ей, воздух начал дрожать и звенеть. Руны на камнях начали медленно разгораться синим пламенем. Довольно быстро поляна стала островком света в лесном океане тьмы. Казалось, светился сам воздух. Пение Реммы нарастало. У Невериота неприятно защемило в груди. Многие старые раны ненадолго напомнили о себе пульсирующей болью. Лошади взбрыкнулись, но охотник держал крепко. Сила стекалась к поляне. Невериот потряс головой. Но это не помогло. Поляна двоилась. Воздух дрожал и изгибался, все сильнее и сильнее, вызывая головокружение и тошноту. Резко вся поляна рванула из под ног куда-то проч. Лошади испуганно заржали. Невериот почувствовал, что падает. Мир окончательно превратился в абстрактную мешанину красок, звуков и запахов. Тело стало тяжелым и неповоротливым. Легкие горели от нехватки воздуха. Но не успел Невериот удариться в панику, как все закончилось…
Но после каждого конца приходит новое начало. Грохот оглушил Невериота а сильный удар об землю чуть не лишил сознания. Вокруг раздавался грохот падающих деревьев. С неба падали щепки. Рядом вполголоса ругалась Ремма.
- Ремма, чтоб тебя, помягче что ли нельзя было? – Охотник, крехтя, вставал. Вокруг царствовало разрушение. Деревья были разорваны и разбросаны по округе в виде мелких щепок. В ответ на возмущение Невериота, эльфийка молча показала ему средний палец. Осмотревшись, человек приметил, что приличную часть поляны они прихватили с собой. Лошади, перепуганные, воспользовались мгновенной слабостью хозяев и помчались в лес. Придется ловить. Увы, стоящая на четвереньках Ремма была не в силах даже свой обед удержать, не то что за лошадьми бегать.

15 день 6 лунного цикла 616 солнечного оборота.
Эльфы всегда оставались для Невериота загадочным народом. Легкие и эфемерные, но на удивление сильны и выносливы. Говорят, этот мир их не любит. Ну, если оглядываться на их историю, то ничего удивительного. Говорят, они видят сны совсем не так, как остальные смертные. Говорят, они сами вольны выстраивать свои ночные грезы. Удобно. Как-то раз один старый маг рассказывал, что эта способность досталась им от их далеких предков, пришедших из Страны Снов. Вроде бы они все еще имеют какую-то небольшую власть над этим царством. Воплотившаяся мечта о долголетии и здоровье.
Ремма выбралась из своего спальника и, усевшись у костра, принялась за скромный завтрак. Подождав, пока эльфийка примется за еду, Невериот начал обсуждение дальнейших планов:
- Итак, мы на Востоке. Куда дальше? – не особо заботясь о приличиях, волшебница пробормотала с набитым ртом:
- Судя по тем записям, этот монстр уже начал свои приготовления. Скорее всего, он постарается успеть закончить все до того, как ты его нагонишь. Времени у нас мало.
Невериот слушал эльфийку, подготавливая лошадей. Не отрываясь от своего дела, он поинтересовался:
- Что он вообще хочет сделать? Почему бежал сюда, а не обратно в Тантал? У него же там свой культ, последователи и всякое такое.
Ремма насухо вытерла посуду и убрала ее на место.
- Ну, это вопрос не так прост, как может показаться. Второй в смысле. Если кратко, то Восток лучше подходит для того, что он задумал. А задумал он довольно неприятную вещь. Если я правильно понимаю, у вампиров есть определенный порог того, сколько жизни они могут поглотить за раз. Если исходить из тех заметок, Малэлас хочет как-то увеличить свой предел. Стать глубже, так сказать, – добавила она с усмешкой. – Хоть я до конца и не понимаю, как. Да и понимать не хочу, раз уж на то пошло, – Ремма закончила собирать свои вещи и уселась верхом на лошадь. – Не знаю, что конкретно, но знаю, где. Примерно. Нам от Нортуса в сторону Колодца. В общем веди. Ты же уже договорился с местными духами, пока я отдыхала?
- Разумеется. – Невериот поудобнее расположился в седле, после чего прислушался до чего то. – Восточнее Нортуса? Боги, поближе то перенести не могла? Тут только до города миль восемьдесят примерно. – Ремма строго и зло посмотрела на Охотника.
- Так, человек, лучше прихлопни рот. А то я и вправду могу разозлиться. Да и сам город нам не нужен. По крайней мере не людской. – Эльфийка выглядела довольно рассерженной. Невериот примирительно поднял руки, после чего отправил лошадь в путь. Их ждала долгая дорога.

18 день 6 лунного цикла 616 солнечного оборота.
Несколько дней пробирались они меж вековых деревьев. Старинный лес, хранящий в своих чащобах многие секреты. Древние интриги, предательства и отвага. Стремления и надежды. Амбиции и страхи. Всё это наследие древних досталось деревьям и тем, кто обитает в их тени. Путь Невериота шел вглубь лесной чащи, мимо руин прошлого. Руин цивилизации, что некогда населяла эти края. Но время было к ним беспощадно. Воистину, этот мир ненавидит эльфов. Все их деяния стали лишь прахом. Несколько дней они шли вдоль древних дорог. Да, эльфы умели строить устойчивые к времени конструкции. Устойчивые, но не вечные. К середине третьего дня путники прибыли на место. Неизвестно, чем конкретно было это место раньше. Все, что от него осталось – одно здание посреди руин, поглощенных лесом. Округа будто бы замерла. Не было слышно ни зверья, ни птиц, ни духов. Руины будто бы умерли. Запах леса был вытеснен из неподвижного воздуха запахом вскрытой влажной могилы.
Ремма, немного посмотрев на руины, произнесла, инстинктивно понизив голос:
- Увы, но похоже я была права. Ну и жуткое место. Что думаешь?
- Здесь нет духов. Либо мертвы, либо разбежались в страхе, – ответил Невериот, немного подумав. – Он там. Я уверен. Здесь все пропитало могилой. Часа на подготовку хватит? Сейчас для нас лучше всего будет дневное нападение.
Ремма глубоко вдохнула и слегка нервно кивнула. Ее смелость утекала, как вода из надтреснутого кувшина. Невериот взглянул на нее с беспокойством. Остается только надеяться, что она не подведет. Возможно, было бы лучше пойти ему одному. Это с одной стороны. А с другой его там ожидал Малэлас. И в этот раз на внезапность полагаться не придется. Да и не тот он противник, против которого есть недопустимые средства. Да, сейчас не время кого-нибудь жалеть, за кого-нибудь переживать. Пришло время охоты. Ремма несколько раз глубоко вдохнула:
- Ладно, сидя здесь ничего не сделается. Так что пошли, пока не передумала. Я буду следить за магическими, а ты за механическими ловушками. Идет?
- Разумеется, – только и ответил Охотник. Сжав в руке один из оберегов с привязанным к нему перепуганным духом, Невериот смело отправился в расставленную западню. Почти.
Удушливый воздух подземелья забивал их легкие, мягко держа в своих крепких объятьях. Каждый шаг давался с трудом. Зло прочно обосновалось в этом месте. Чувства Невериота обострились до предела. Но как бы он не вслушивался во тьму, она хранила молчание. До определенного момента. Со временем охотник стал различать едва уловимые всхлипы, вздохи и стоны. Бредовые шепоты. Едва уловимые мольбы. Они исходили из просторного зала, которым заканчивался коридор. Немного погодя, непрошенные гости все же вошли в него. В зале висел запах пота и нечистот. Вдоль стен были прикованы люди. Они были слабы, истощены и явно больны. Сердце Невериота наполнилось предчувствием беды. Ремма за его спиной сдавленно охнула. Когда то это место было величественным. Возможно, здесь проходили суды. Возможно, театральные постановки. А возможно и то и другое. Что бы тут не было в прошлом, там оно и осталось. Как и эльфийский народ, время не пощадило творение их рук. Четыре статуи, стоящие вдоль стен, раскололись и обратились пылью. Паутина трещин покрывала стены и потолок. Резьба на них раскрошилась и стала неразборчивой. Величие сменилось упадком.
- И все же летишь ты ко мне подобно мотыльку, пламенем очарованным. Скажи мне, мой дорогой охотник, помнишь ли ты, чем были судьбы наши связаны? – его тихий голос разносился из каждой тени. По коже Невериота прошел холод. Он покрепче сжал топор, пытаясь понять, где конкретно прячется Малэлас. Духи в ужасе стянулись к Охотнику, ища спасения в своих оберегах. – Признаться, ты не перестаешь меня удивлять. При каждой нашей подобной встрече ты знакомишь меня со все более интересными созданиями, – его спокойный, холодный голос проникал глубоко в разум Невериота, пробуждая временно погасшую ненависть. Ненависть, источник которой он и сам до конца не знал. Источник которой он забыл.
- Прекращай петушиться и выползай уже. Покончим с этим, – громко прокричал Невериот. Ответом ему стал тихий смех.
- А ты стал довольно груб, добрый охотник. Поздравляю. Смею заметить, это определенный рост. Ведь когда то давно ты только и мог при виде меня, что трястись да рыдать, – тихо и неспешно, фигура древнего вампира вышла из того же коридора, через который пришли Невериот с Реммой. – Но смею тебя огорчить. Здесь ничего не закончится. Здесь нас с тобой ожидает новое начало. Еще один виток спирали. Я долго думал, как поприветствовать тебя в землях, хоть и не родных моей крови, но родных духу. Сколько воспоминаний. Ведь когда то именно я привел здешние древние царства к покорности. Но это дела минувшего. А мы здесь и сейчас.
Он был высок и статен. Сквозь черные вьющиеся волосы можно было разглядеть заостренные уши. Единственно, что осталось от его далеких эльфийских предков. Аккуратная небольшая борода. Светлая неподвижная кожа. И глаза с кроваво красной склерой, наполненные древним, неутолимым голодом. От вампира исходила ощутимая аура древнего зла. Она удушала, вызывала панику. От одного его вида хотелось все бросить и бежать без оглядки. Невериот неосознанно сделал шаг назад. После чего чертыхнулся и покрепче сжал топор. Он не побежит. Не сейчас. Больше нет. Малэлас сделал несколько шагов в их сторону:
- Итак, мои размышления привели меня к такому решению, – вампир широким жестом обводит комнату с прикованными к стенам людьми. Ремма повинуясь этому жесту, затравленно оглянулась. Ее выражение страха дополнилось решимостью. Она вскинула руки. Пальцы начали резво выстраивать сложные комбинации. Чуть погодя к жестом добавилось и пение. Даже не обладая хоть сколько то выдающимися способностями в магии, Невериот ощутил творимое ей колдовство. Воздух возле нее задрожал, вокруг рук начал скапливаться свет. Взяв в одну руку топор, а во вторую стальной кол, Охотник преградил путь Малэласу.
- Хммм, судя по всему, ты пытаешься призвать сюда солнечный свет. Неплохо, хоть и довольно банально… - Невериот ринулся на вампира. Малэлас резко вскинул руку, выгибая пальцы в неестественном жесте и полушепотом выдыхая одно слово. «Разар». Горячая волна воздуха ударила Охотнику в лицо. Грохот и треск сотряс древний комплекс, озарив его короткой вспышкой. Ремма коротко вскрикнула. Запахло фиалками. Ударная волна навалилась на спину Невериот и швырнула его на пол.
- Я ожидал от вас большего воображения, – голос вампира раздался из-за спины Невериот. Вскочив, он заметил вампира, спокойно стоящего перед трясущейся Ремм. Она подняла руки, чтоб попытаться сотворить другое заклинание, но Малэлас был быстрее. Одним плавным и быстрым движением он наотмашь ударил ее кулаком в голову. Она попыталась оградиться магией, но удар вампира, даже не заметив ее защиты, отправил ее на пол.
- Да, все же гуманоидный облик накладывает свои ограничения, – Малэлас, наклонив голову, с интересом наблюдал за эльфийкой. Та же, что-то неразборчиво бормоча, пыталась от него отползти. Кровь резво струилось по ее лицу на пол. Мощный удар в живот заставил ее захлебнуться воздухом.
Невериот, направляемый жаждой убийства, рванул к вампиру. На ходу, не теряя ни мгновения, Охотник разрушил один из оберегов, заставляя духа придать ему дополнительную скорость. Резко ускорившись, Невериот моментально сократил дистанцию. Не сбавляя скорость, он рубанул топором, целясь в шею вампира. Малэлас ловко поднырнул под топор и уже хотел разорвать Охотнику живот, но был вынужден отступить, избегая удара стальным колом. Не ослабляя напора, человек подался вперед и рубанул вампира сверху вниз. Блокируя удар, Малэлас левой рукой ударил по запястью, одновременной уходя с линии удара. Треск ломаемого дерева и ослепительная вспышка ненадолго заполнили подземелье. Вслед за ними пришел запах сгоревшей вампирской плоти. Немного сместив удар, Невериот разрубил ключицу Малэласу, лишь немного не дотянувшись до его шеи. Объятый синим пламенем, вампир метнулся в сторону. Левая рука, ниже локтя, обратилась обугленными костями. Охотник наседал. Не давая вампиру время оправиться, Невериот рубил и колок. Сплетя пальцы и произнеся пару слов, Малэлас сотворил заклинание. «Лар одо рал». Воздух разошелся рябью. В глазах Невериота ненадолго все раздвоилось. Тряхнув головой, Охотник замахнулся колом и, сменив угол атаки, одним движением снес вампиру голову. Топор прошел сквозь плоть врага даже не заметив сопротивления. Тело вампира тут же обернулось невесомым дымом.
- Драный колдун. – пробурчал себе под нос Невериот, резко осматриваясь по сторонам. В комнате было еще несколько фигур Малэласа. Вечно с ним все непросто. Собравшись с духом и прочитав короткую молитву духам, Охотник вогнал себе в глаз небольшой заговоренный колышек. Голова взорвалась болью. И боль же смыла морок с его сознания. Иллюзорные фигуры стали почти невидимы. Сам же вампир был подернут легкой дымкой. Его рука стремительно восстанавливалась. Пару мгновений, и от раны не осталось и следа. Лишь обугленный рукав напоминал о недавней травме. Громко хлопнув в ладоши, Малэлас извлек из левой руки длинный кинжал, лезвие которого было покрыто загнутыми крючьями. По спине Невериота пробежал табор мурашек. Но не успев толком и испугаться, Охотник уже нападал. Замахнувшись топором, он совершил выпад колом. Вампир, качнувшись влево, резко дернулся вправо, навстречу топору. Поднырнув под ним, Малэлас рубанул своим странным оружием по незащищенному животу охотника. Сталь клинка встретилась со сталью кола. Вывернувшись всем телом, вампир резко выбросил вперед левую руку. Невериот отшатнулся, но недостаточно быстро. Когти вампира полоснули его по лицу, разорвав ухо и щеку. Рот наполнился соленой кровью. Повернув корпус и отшатнувшись назад, Охотник рубанул по выставленной ноге вампира. Уходя из-под удара, Малэлас ударил топор ногой, прижав его к полу. Лезвие клинка с резким свистом рассекло воздух, прорубаясь к горлу Невериот. Без малейшего колебания Охотник отпустил свое оружие, уходя из-под удара. Но его прыти оказалось недостаточно, и жуткое лезвие прошло по левому плечу, вырывая куски мяса. Развернувшись корпусом, Охотник взмахнул рукой. Топор тут же, будто его и не выпускали, оказался в ней. Резкий удар сверху вниз последовал за этим. Малэлас, кружа как юла, попытался уйти из-под удара, но и него проворства для этого не хватило. Топор погрузился в плоть вампира и рассек его спину от плеча до талии. Оружие охватило синее пламя. Охваченный пламенем и дымом, Предтеч вонзил свой клинок в правую руку Невериота, пришпорив ее к туловищу. Провернув лезвие, он заклинил его между ребрами. В единственном уцелевшем глазу потемнело от боли. Почти в слепую, Охотник уколол колом в сторону вампира. Но встретил он не сопротивление плоти, а лишь острую боль. Рука изогнулась под неестественным углом. Кость, порвав плоть и ткань, выглянула во тьму комплекса. Кол полетел на пол, но так его и не достиг. Вампир схватил его в воздухе. Освященная сталь тут же начала сжигать плоть порождения ночи. Не обращая на это внимания, Малэлас пронзил горло Охотника его же оружием. Воздух едва просачивался сквозь новоявленное препятствие. Следующий удар освободил Охотника от бремени воздуха в легких, повалив его на землю. Топор с тоскливым звоном отлетел куда-то в сторону.
- Так, на чем мы с тобой остановились? – вампир осмотрел комнату, задержав взгляд на встававшей Ремме. – Да, точно, недостатки гуманоидного облика.
Волшебница вскинула руки, собираясь сотворить заклинание, но уже в следующее мгновение Малэлас возник прямо перед ней. Схватив ее в охапку, вампир вгрызся в ее горло. Эльфийка отчаянно кричала и сопротивлялась, извиваясь и нанося довольно гулкие удары по мертвецу, но он был подобен камню. Вскоре сопротивление Реммы утихло и переросло в простой плач боли и отчаянья.
Невериот кое-как встал и, пошатываясь и шаркая, направился к Малэласу. Тот же откинул ослабевшее тело эльфийки в сторону и с безразличным выражением взглянул на Охотника. После чего в одно движение оказался перед ним и нанес несколько тяжелых ударов, ломая кости и повалив его снова на пол. Переполненный болью и яростью, Невериот заорал во все горло. Правда, из-за кола получилось совсем жалко и больше напоминало приглушенный хрип.
- Ну что-ж, я бы задержался на подольше, но увы, дела не ждут. Думаю, как ты уже успел оценить, и бессмертные должны ценить время. Так что, добро пожаловать на славные и слегка дикие просторы Акара. Уверен, они встретят тебя со всем своим гостеприимством. До наших скорых и несомненно увлекательных встреч, добрый охотник.
Тело вампира растворилось в темноте. Тишину подземелья нарушали лишь плачь Реммы, бормотание пленных, да агония Охотника. Впрочем, вскоре эта агония сменилась спасительным забытьем.

20 день 6 лунного цикла 616 солнечного оборота.
Два дня Невериот провел в тяжелом бреду, то вырываясь из его цепкой хватки, то погружаясь в самые пучины мучительных видений. Ремме было не легче. Сначала ее истерика перешла в тихий скулеж, но и он затих в конце дня. Первым, кто встретил пробудившегося Охотника, был запах нечистот. Что, в общем-то, и не удивительно. Кряхтя, Невериот как мог сел.
- Ты самое настоящее чудовище, Невериот. Как ты вообще выжил то? – Ремма, бледная как смерть, с тревогой смотрела на Охотника. На белой шее отчетливо виднелся след от укуса.
- Кто бы говорил. Никогда не слышал, чтоб у эльфов была не гуманоидная форма, – в ответ Ремма лишь фыркнула. Не смотря на боль во всем теле, Невериот встал и, найдя взглядом свой топор, направился к нему.
- Это все неважно. – Ремма потерла шею, осматривая прикованных людей. – На удивление, он их не тронул. Хоть кого то, но мы смогли спасти. Хотя в себя они так и не приходили, – волшебница тяжело вздохнула.
- Ага, что-то типо того, – подобрав топор, Невериот подошел к одному из пленных. Тот поднял на Охотника взгляд мутных глаз. Сожаление. Обида. Ненависть. Одним взмахом топора Охотник расколол череп бедолаги на две половины. Уже мертвое тело упало на пол, забившись в конвульсиях.
- Ты что творишь! – закричала Ремма, глядя на этот ужас широко распахнутыми глазами.
- Мы никого не спасли, - ровно ответил Невериот. Не смотря на спокойствие голоса, в его глазах жила холодная ненависть. – Они уже обречены. Малэлас никого не отпускает просто так. Он уже проворачивал подобное в прошлом.
- Но, но я проверила их! Они обычные люди, я уверена в этом! – эльфийка хотела преградить путь Охотнику, но ноги не смогли удержать ее.
- Тогда мы тоже были уверены. Тогда мы тоже проверили. Но он способен прятать свои чары и кровь очень глубоко, – Невериот подошел к следующему человеку и занес над ним топор. – Мы не можем так рисковать. Не можем повторить ту ошибку, – голова второго пленного так же не устояла пред топором. – И не можем забыть. Всех, кого он погубил. Всех, кого заставил погубить. Если не хочешь помогать, так не мешай.
Волшебница с ужасом наблюдала, как Охотник методично и без лишней суеты убивает пленных. Слезы текли по ее бледным щекам. Неосознанно она схватилась за шею.
- Такова суть войны с Малэласом. Он отравляет все, к чему прикоснется. Есть только один способ остановить его. Сжечь все дотла. Свой выбор я сделал. Теперь пришла пора его делать тебе, Ремма. – Охотник подошел в волшебнице, смотря на нее сверху вниз. Не смотря на совершенное темное дело, топор сохранил свою девственную чистоту. Эльфийка обвела взглядом подземелья и трупы. Все еще держась за шею, она затрясла головой.
- Нет, я не могу! Не могу! Я боюсь! – ее тихий плачь перешел в рыдание. Невериот лишь кивнул и молча направился к выходу, оставляя волшебницу в своем прошлом. Больше они никогда не встретятся.

***
Тишину подземелья нарушал лишь тихий плач. Одинокая эльфийка, снедаемая страхом, никак не могла найти в себе силы покинуть это место. Она боялась. Но не только за себя. Больше всего она боялась за Невериота. Ведь он был прав. Малэлас отравлял все, к чему прикасался. Все.
Развернуть

#Лит-клуб разное текст story 

Рожденные для смерти

Жанр: темное фэнтези, короткий рассказ.

Земля, изуродованная столетиями гнета Проклятия, жадно впитывала последние лучи умирающего красного Солнца. Его света едва хватало, чтоб разгонять холод, сковавший пустошь. Пустошь мертвую. Жизнь уже давным-давно покинула эти места, поглощенная фанатичным желанием одного существа. Желанием о вечности. Вечности для себя. Вечности, даже ценой конца для всех остальных. Сквозь пустошь уверенно брел один единственный странник. Единственный нарушитель покоя. Единственный огонек жизни. Его путь лежал сквозь останки древних городов. Руины величию. Памятники гордыне. Но недолго им осталось. Ничто не в силах противостоять Проклятию. Ни живое, ни земля, ни камень. Ни Солнце и Звезды. У Путника была цель. Стремление. Долг. Клятва. Путь его вел к истоку Проклятия. К черному магу, имя которого стало первой жертвой ненасытного голода темной магии. Безымянный и забытый, он существовал лишь одним желанием. Одним стремлением. Выжить. Пережить. Стать последним. Он отнял все у всех. Последний царь умирающего мира. Маг смог взобраться на самую вершину. Не обошла стороной его жадность и Путника. Он так-же стал Безымянным, так как больше не было смысла в именах. Он так-же стал Забытым, так как больше некому было помнить. У Путника остался лишь долг. Он не мог никого спасти. Он не мог ничего исправить. Но он должен был дойти. Не ради себя, не ради людей. Ради Мира. Дома. В Путнике не осталось места ненависти или злобе. Не они правили его клинком. Уже нет. Остался лишь невыполненный долг и обещания, данные мертвецам и далеким богам.
Боги. Не способные устоять перед голодом Проклятия, они погасли. Один за другим. А вскоре после богов Проклятие поглотило и их последователей. Остался лишь Путник. Но и он уже забыл имена и лики божеств. Как забыл он и многое другое. Как забыл времена до Проклятия. На его глазах мир медленно, но верно обращался прахом под неумолимым гнетом злобной магии. Он знал, что были и другие люди, что противостояли Проклятию. Знал, но никак не мог никого из них вспомнить. Все, что он о них знал, было то, что они не справились. А это значит, что он должен справиться. Не ради себя или почивших мертвецов. А ради будущего. Не весть какого хорошего, но хоть какого то.
Его путь лежал через руины бывшей столицы. Когда-то ее называли ярчайшим камнем в короне императора. Но не осталось ни императоров ни царств. Покосившиеся, потрепанные Проклятием статуи великих героев прошлого провожали Путника безразличным взглядом. Когда-то их подвиги были важны, а имена гремели на весь мир. Но теперь они забыты, а их свершения обернулись лишь пылью на дороге. А столько возни вокруг всего этого было раньше. Пышные празднества, громкие речи. Хех. Все, что осталось от прошлого – это лишь покосившийся остов. Но и его время вскоре выйдет. Не здесь была цель Путника. Не на некогда многолюдных площадях, не в некогда величественном императорском дворце. Его цель была много дальше. Его цель мирно покоилась в последнем Узле Силы. И долгом Последнего Воителя было низвержение Последнего Зла. И нельзя с ним ни договориться, ни избежать. Остается только либо победить, либо умереть. Хотя нет. Остается только смерть. Сколько бы от нее не бегал. Сколько бы не сражался за каждый вдох. Уже поздно. Силы Энтропии неостановимы. Они в любом случае возьмут свое. А это значит, что остается только достойно встретить свой конец. Такова природа смертных. Они рождаются для смерти. Они живут для смерти. Само наше появление является одной из мировых констант, навеянных Энтропией. Главной силой, что заставляет что-то простое превращаться в что-то сложное. Молодое в старое. Слабое в сильное. Главный источник любого движения. Любого изменения. Любой эволюции. И это относится не только к людям. Появление всего живого – это лишь следствие этого закона. И именно этот закон заставляет Последнего Воителя идти ко мне, к Последнему Человеку. Хотя, сложно меня уже назвать человеком. Да, я им родился. Им я жил. И со временем я заметил. Заметил, как с каждой смертью чего-то живого, Проклятие усиливается. Сначала это было незаметно. Зима становилась чуточку дольше и холоднее. Дни короче. Урожай беднее. Мало по малу, но влияние Энтропии стало заметным. Люди назвали это Проклятием. Они боролись. Кто как мог. Я так же присоединился к борьбе. Некромантия могла отбросить Энтропию, запечатав и оградив ее. Но я не справился. Мой орден пал, мои ученики мертвы, а союзники стали врагами. И вот остался я один, не способный ни бежать, ни сражаться. А ведь шанс был. Но уже поздно сожалеть. Полное поражение. Вот и остается, просто ждать конца. Благо он не за горами. Последний воитель прошел сквозь пустоши, что остались от некогда великой империи и уже поднимался по стертым временем каменным ступеням храмовой лестницы. Да, Энтропийные силы сделали правильный расчет. Не важно, кто из нас умрет. Смерти любого из нас хватит, чтоб мир навсегда угас. А я даже не могу покинуть стены этого храма. Что за ирония. Гремя видавшими лучшие времена латами, Последний Воитель вошел в церемониальный зал. Но там его ждал не свирепый противник. Там его ждал всего лишь уставший человек. Проигравший задолго до прихода Воителя. Но не важно, кто он. У Воителя есть долг, и он его исполнит. Взяв в руки меч, Слуга Энтропии направился к последнему человеку.
- Что, даже сказать мне нечего? – сказал древний волшебник, глядя на воителя с грустной улыбкой. – В общем, ничего удивительного. Ладно, заканчивай уже и смот… - один резкий взмах меча срубил голову древнего мага. Тело рухнуло, будто марионетке обрезали нити. Не успела голова коснуться пола, как тяжелый сапог раздавил череп, обращая его содержимое в кашу. Воитель почувствовал, что что-то изменилось. Тишина казалась глубже. Тяжелее. Доспехи, до этого никак не мешавшие, стали давить и натирать. На ватных, подкашивающихся ногах Воитель побрел к выходу. Сердце тяжело билось в груди, перепуганной птицей рвясь на волю. Холодный и застоявшийся воздух забивал легкие с каждым вдохом. Неестественная тишина нещадно давила любой шум. Ни грузные шаги, ни скрип лат, ни тяжелое дыхание не могли соперничать с этой монолитной тишиной. Кое-как воитель добрел до выхода. Мертвая пустошь была укрыта тьмой. Тяжело опустившись на ступени, Слуга Энтропии начал жадно глотать воздух. Но и здесь он ничем не отличался от прогнившего воздуха древних руин. Он становился все гуще и гуще. Холоднее. Воитель чувствовал, как медленно утекает его сознание. Как окружающая тьма заполняет собой его разум. Как тишина поглощает мысли. «Вот и все». Это была последней мыслью, что успела пронестись в его голове перед тем, как огонек его жизни погас навсегда, поглощенный Проклятием. Энтропией. Неизбежностью. И вслед за этим огоньком, мир погрузился в вечную тьму. Смертные исполнили свое предназначение. Их роль сыграна, и больше в них нет нужды. Рожденным для смерти нет места в вечности.
Развернуть