Ожидание

В дверь раздался стук. Мои ладони были влажные от пота и волнения. Стук был именно таким, как мы условились с Лехой 20 лет назад. Я посмотрел в дверной глазок, молодой парень, брюнет, острые черты лица, он помахал мне и улыбнулся. Я вздохнул, повернул ключ в замочной скважине, открыл дверь.

– Привет, дружище! – сказал парень и протянул мне руку...

***

– Видел… ык!!! и ночь, гуль… ык!!! ляли всю но-о-о-очь до ык!!! утра!!!

Пьяные, шатаясь мы брели вдоль набережной Обводного. Я и мой друг детства Леха. После рок-клуба мы шли ко мне домой, мои родители, в отличии от Лехиных, меня не заругают за пьянство и поздние гулянки.

– Я тебе говорил, будет а-а-ах… ык!!! ренительный ка-а-ан… ык!!! ох ептыть… церт! – прокричал он мне в ухо.

– Это точно… хык!!! Хорошо нажрались.

Икота одолела нас обоих, что делало наши пьяные песни еще смешнее и веселее. Кое-кто орал нам заткнутся, но мы им орали в ответ «Мама анархия» и ржали как кони. Мимо проезжали редкие машины, прохожих не было. Ветер обдувал нас легкой прохладой, настроение было шикарное.

– Ого, зырь туда… - Леха указал пальцем прямо.

Я всмотрелся - облокотившись на перила, стоял мужик в оборванной одежде.

– Бомжара какой то, – сказал я Лехе.

– Ага… – Леха ухмыльнулся мне. – Хочешь кулаки размять?

Я удивленно посмотрел на него.

– Ты… ык!!! чего, – я постучал по груди кулаком, чтобы немного унять икоту. – Это ж не спортивно.

– Да ну тебя нахрен! – Леха толкнул меня в плечо. – Чего ты такой правильный? Анархия еб… хык!!! ть… Пошли.

Мы направились к мужику. Подойдя ближе, мы услышали что он плачет. Боевой настрой Лехи тут же улетучился.

– Эй! Муж… ык!!! – Леха усмехнулся совпадению. – Ты в порядке?

– Тебе помощь нужна? – спросил я.

Бомж повернулся к нам. Худое заросшее лицо, серая от грязи кожа и удивительно яркие голубые глаза. Одет он был в какой-то коричневый плащ и рваные брюки с черным свитером. По его щекам текли слезы, в руках он держал грязную тряпку, в нее он сморкнулся несколько раз и убрал в карман.

– Да не, пацаны, все нормально, горюю о своей проебаной жизни, – сказал он, повернувшись к нам.

– Ха… удивил дед. Мы свою жизнь проебываем уже с ранних лет. – Леха заржал, я поддержал.

Бомж посмотрел на нас, вытер слезы рукой.

– Да нет, пацаны, я проебал такую жизнь. Я мог стать крупным человеком, бизнесменом. Ездить на лимузине, жрать ананасы. Но всего одна ошибка и пиздец. Отобрали квартиру, деньги, самого на помойку. Я просрал потенциал этой жизни.

Леха заржал.

– Э… Х…ле ты хотел? Бизнес наебизьнес… У нас соседу голову проломили и квартиру отобрали за ящик бананов. Считай, тебе повезло.

– О, да. Жив и ладно! – Сказал я. – Может тебе водки в ларьке взять?

– Ты че, епты, – Леха отвесил мне подзатыльник. – Ахуенно добрый что ли?

Бомж смотрел на нас. Леха обхватил меня за шею и грубо поволок дальше.

– Живи, бомжара, уж больно твоя история жалостливая! – крикнул Леха ему через плечо.

– Ага, и не просри потенциал оставшейся! – Крикнул я.

– Поверьте мне, пацаны, эта жизнь просрана, а ваша – еще нет. – ответил бомж.

Леха остановился и развернулся к нему.

– Че ты сказал, бомжара? Ты чего, нас учить вздумал? – Леха сжал кулаки и пошел на бомжа.

– Лех, ты чего, брось… – только успел произнести я.

Дальше произошло то, о чем я до сих пор вспоминаю с содроганием.

Бомж резким движением сбил Леху на землю. Пару раз ударил его по голове и развернул лицом к себе. Леха был без сознания.

– Э! Ты чего творишь?! – Крикнул я и пошел на помощь.

Бомж вскочил и двинул мне в пузо рукой. Боль была адская, как будто железной трубой вдарили, в глазах потемнело, я согнувшись упал на асфальт. Бомж добавил мне еще раз с ноги. Я закашлял и проблевался.

– Эту жизнь я может и проебал, но эту нет – сказал он и направился к Лехе.

Он сел возле него на корточки и снял перчатки. В свете фонаря я увидел острые когти.

– Леха… - Зашептал я и попытался подняться.

Бомж вскинул правую руку вверх, а левой схватил Леху за волосы. Я второй раз попытался встать – не получилось. Бомж неожиданно громко стал говорить какой-то странный текст, при этом делая рукой в воздухе странные пасы.

– Отойди от него… - прошептал я и встал на колени.

Бомж не обращал на меня внимания, продолжая говорить. Я откашлялся и пополз в его сторону, пузо болело, перед глазами плавали белые точки. Бомж обратил на меня внимание, когда я был в метре от него, он прекратил говорить и наотмашь ударил меня по лицу, я упал на бок. На некоторое время потерял сознание.

Я перевернулся, голова гудела, из носа текла кровь. Осмотрелся: бомж продолжал говорить, вздернув правую руку в небо. Я поднялся, и вдруг бомж резким движением схватил Леху за лицо своими когтями. Леха очнулся и заорал от боли, я увидел как потекла кровь. Бомж продолжил говорить. Леха уже не орал, а визжал, бомж резко дернул правой рукой и сорвал у Лехи лицо, обнажив беззубый череп, покрытый остатками мышц и кровью. Так же резко левой рукой он сорвал свое лицо. Я в ужасе смотрел на происходящее и не мог отвести глаза. Бомж аккуратно приложил лицо Лехи к своему черепу и оно стало прирастать. Свое лицо он грубо шлепнул на Лехин череп, оно тоже стало прирастать, но криво. Бомж встал, вытер кровь с Лехин… уже своего лица. Тут я заметил, что одежда на них тоже поменялась местами, то, что раньше было бомжом, теперь было Лехой.

– Вот, теперь полный порядок, - произнес «Леха». – Жизнь с чистым потенциалом и с неопределенной судьбой.

Он посмотрел на меня, достал из кармана куртки сигарету и закурил.

– Запомни, пацан, попытаешься мне помешать – изуродую тебя так, что никто не опознает, даже твой пес Томас. – Сказал он мне.

Я не мог ответить, в горле пересохло, только кивнул.

То, что было Лехой, с диким криком вскочило. Лицо было перекошено от боли и ужаса, не обращая на нас внимания, оно вскочило и побежало во дворы. «Леха» засунул два пальца в рот и засвистел ему вслед. После посмотрел на меня и засмеялся. Схватив за шиворот, он поставил меня на ноги.

– На чем мы там остановились? – спросил «Леха». – Видели ночь, гуляли всю ночь до утра-а-а-а-а-а-а…

Очнулся я утром у себя в комнате на диване. Голова гудела, скорее от удара, чем от похмелья.

– Вы с кем-то вчера подрались что ли? – отец стоял на пороге моей комнаты.

– Подрались?

– Тебя Лешка притащил, ты был в отключке, сказал, что вы с гопарями поцапались.

Я сел. Пощупал живот, по телу прошла волна боли, я зашипел.

– Ладно, отдыхай. Тебе пива дать? – спросил отец

– Нет, я обойдусь.

С Лехой я больше не общался. Через неделю он устроился на работу в какую то компанию. Мама его была очень рада этой перемене. Через полгода вся семья переехала в центр. Говорили, что Леха быстро поднялся по карьерной лестнице, стал хорошо зарабатывать. Отец пытался меня уговорить устроится к нему, но я наотрез отказался.

Прошло еще полгода.

– Наконец-то я тебя нашел. – Бомж с грязным, заплывшим и перекошенным лицом направился ко мне.

Я сидел на лавке во дворе пил пиво. Бомж прихрамывая, подошел и сел рядом. Я узнал его. Это был…

– Леха? Это ты?

Бомж усмехнулся.

– Узнал, да. Дай закурить.

Я достал пачку, протянул Лехе. Он взял дрожащей рукой одну, достал из кармана спички и прикурил.

– Моя семья переехала.

Я посмотрел на него.

– Да полгода назад. Ты… Точнее тот, купил хату в центре.

Леха усмехнулся.

– Знаешь, а ведь людей, таких, каким был я, очень мало.

Я посмотрел на него.

– С чистым потенциалом и неопределенной судьбой?

– Именно – Леха шумно затянулся и закашлял в рукав.

Когда кашель прекратился, я увидел кровь.

– Я подыхаю, причем очень скверно, у него печень больная и рак легких.

– И что ты делать будешь?

Леха посмотрел на меня.

– Я хочу вернуть свою жизнь.

– Как?

– Чистым потенциалом и неопределенной судьбой обладают все новорожденные младенцы.

– Что?

– Мне с этим телом передались некоторые воспоминания этого ублюдка. Я знаю все о том, что он со мной сделал. Даже то заклинание.

Я достал из пачки сигарету и закурил.

– То есть, ты хочешь найти человека…

– Я уже нашел. Вчера в парке я украл из коляски младенца.

Руки у меня затряслись.

– Что ты задумал?

– Я хочу вернуть свою жизнь, но в этом теле я не смогу это сделать, а искать взрослого человека с неопределенной судьбой… это бесполезно. Поэтому я заберу жизнь того младенца.

Я в ужасе смотрел на Леху.

– Это неправильно, есть же другой способ наверняка.

– Нет, если бы был, я бы им воспользовался – Леха докурил и выбросил окурок – Мне самому хреново от этой мысли, но выбора у меня нет.

– А я тебе зачем?

– Я поменяюсь местами с тем младенцем, а ты вернешь его семье. Станешь героем.

– Ты охренел, так нельзя поступать.

Леха усмехнулся.

– Какой же ты сыкливый, все, времени нет, пошли.

Леха встал и захромал к выходу из двора.

– Ты идешь? – крикнул он мне, не оборачиваясь.

Я пошел за ним. Леха вел меня дворами, пока мы не пришли к заброшенному дому. Мы залезли внутрь, спустились в подвал. Я услышал как плачет младенец. Мы вошли в небольшую комнату. На полу лежал ребенок, закутанный в одеяло. Он громко и надрывно плакал. Леха сказал «вчера», значит ребенок голодный.

– Так. Как только я закончу, ты отнесешь младенца в ментовку.

– Нет, Леха, так нельзя, это же просто ребенок.

– Хватит уже ныть. Отнесешь в ментовку, скажешь нашел, укажешь на это место, они найдут тут ополоумевшего бомжа и дело закроют. Потом ты устроишься на работу к тому уроду, и будешь следить за ним.

– Нет, нет, это неправильно, я не могу.

– Это надо сделать, иначе как я верну себе свою жизнь? Я найду тебя через 20 лет, чтобы было проще, поддерживай связь с семьей этого младенца. Я найду тебя, и тогда мы придумаем как прищучить этого ублюдка.

– Леха, погоди…

Он схватил меня за грудки и отвесил пощечину.

– Сделай как я тебе сказал, и никаких отговорок! Ты мой друг, понял? И запомни, когда придет время я постучу тебе – три раза, два раза, четыре раза и два раза. Запомнил?

Я молча кивнул.

Леха отпустил меня и направился к младенцу. Я в ужасе смотрел на происходящее. Он положил левую руку младенцу на лицо, правую поднял вверх и стал читать заклинание. От ужаса я не мог пошевелиться. Леха продолжал читать, младенец плакал. Я зажмурился и закрыл уши руками, но даже так я услышал дикий визг младенца, которому оторвали лицо. Я сам закричал, чтобы не слышать этого ужаса. Вдруг я услышал крик бомжа, открыл глаза и увидел как тот катается по полу, хватаясь руками за воздух. Рядом я увидел плачущего младенца. Трясущимися руками я схватил ребенка и побежал к выходу. На мгновение остановился и оглянулся. Бомж сидел в углу, по его лицу текли слезы, он тянул ко мне руки.

– Боже мой… – прошептал я.

Бомж пытался что то сказать, но я уже бежал к выходу.

Следующая неделя для меня прошла как в трансе. Милиция, допросы, встреча с семьей похищенного младенца. Плачущая от радости мать и отец ребенка, гордый взгляд моего отца. Я был героем. Правда нашлись несколько людей, видевших меня и бомжа, как я уходил с ним, но им никто не верил. Я еще очень долго отходил от произошедшего.

Через месяц жизнь вернулась в прежнее русло, моя семья и семья того ребенка стали лучшими друзьями. Я видел, как взрослеет «Леха», точнее Артем. Как он пошел в детский садик, в школу. Потом я переехал от родителей, женился. Устроиться на работу к тому человеку было немного проблематично, но я напомнил ему, что мы были друзьями, и он нехотя меня оставил. Правда, близко к себе не подпускал. Видимо поначалу что-то подозревал, но потом забыл о моем существовании,ч ему я был несомненно рад. Вот так и прошли эти 20 лет – в ожидании, когда Леха появится на пороге моей квартиры.

Я сидел дома, жена с дочерью ушли покупать платье для выпускного. Я разбирал бумаги по работе. В дверь постучали, хотя звонок работал. Три раза. Пауза. Два раза. Пауза. Мое сердце забилось с бешеной скоростью. Четыре раза. Пауза. Два раза. Ладони стали влажными, руки стали дрожать. Я подошёл к двери и посмотрел в глазок. Брюнет с острыми чертами лица улыбался. Я узнал повзрослевшего Артема. Руки не слушались, но я смог отпереть замок, снять цепочку и открыть дверь. Парень посмотрел на меня, его улыбка стала еще шире.

- Привет, дружище! – сказал он и протянул мне руку.

Я пожал ее.

- А ты постарел.

- А ты вырос.

И он вошел в квартиру…