Кокорин и Мамаев вытеснили из СМИ отравителей Скрипалей

Разоблаченных солсберийских туристов с начала недели упоминают в десять раз реже, чем оскандалившихся футболистов
Скандал с Александром Кокориным и Павлом Мамаевым затмил в СМИ расследование про сотрудников ГРУ, подозреваемых в отравлении бывшего советского разведчика Сергея Скрипаля, подтверждают предоставленные «Открытым медиа» данные «Медиалогии».





Комментарий: Российские футболисты затмевают разведчиков,политика,политические новости, шутки и мемы,Кокорин и Мамаев,Скрипаль,Петров и Боширов,Мишкин и Чепига,сми

История с Мамаевым и Кокориным словно создана для того, чтобы оттенить скандалы последних месяцев. А заодно дать аудитории почувствовать, что ее мнение, хотя бы по этому вопросу, что-то значит, считает Александр Плющев.
    
,политика,политические новости, шутки и мемы,Кокорин и Мамаев,Скрипаль,Петров и Боширов,Мишкин и Чепига,сми
Павел Мамаев - один из фигурантов скандала
Вряд ли кто-то одобряет пьяный мордобой, особенно сопровождающийся нанесением телесных повреждений. Разве что сами хулиганящие. Но футболисты Павел Мамаев и Александр Кокорин, с определенной точки зрения, даже заслуживают награды. Может, не званий Героев России, все-таки ими в последние годы награждаются совсем другого плана люди, но, например, орден Дружбы был бы вполне в издевательско-постмодернистском стиле Кремля. Вручать его, разумеется, следовало бы тайно, что нынче совсем не диковинная практика.
Кокорин и Мамаев на ровном месте создали событие, которое переломило складывавшуюся тенденцию. Ведь уже начинало казаться, что такое событие надо бы придумать. Мощнейший в истории разведывательный провал, волнения в Ингушетии, повышение пенсионного возраста, пытки, посадки за репосты и многие другие темы, игнорируемые большинством федеральных СМИ, заполонили собой все остальное медиапространство и создали полноценную альтернативную повестку изрядно поднадоевшим Сирии, Украине, козням американцев с англичанами и, конечно же, Путину.

Герои федеральных телеканалов

Универсальная, можно сказать - идеальная для разделенного российского медиапространства, новость: пьяные футболисты, судя по кадрам с камер наблюдения, сначала избили водителя телеведущей, а затем - крупного правительственного чиновника, да еще вроде бы и издевались над ним. История растет, как снежный ком: пишут, что по дороге в Москву спортсмены чуть ли не разгромили специально арендованный вагон “Сапсана”, и вряд ли ошибется тот, кто предположит, что число скандальных эпизодов с участием Кокорина и Мамаева в ближайшие дни возрастет.
Федеральные телеканалы щедро выделяют эфирное время не только в новостях, но и в ток-шоу. Не отстает и не обремененная строгими идеологическими установками пресса: кто-то разыскивает покровителей участников истории, кто-то недоумевает по поводу действий правоохранительных органов. Есть где развернуться даже официальному представителю МИД России Марии Захаровой, которая, кажется, при всей ее бешеной энергии уже немного устала опровергать все новые и новые данные о незадачливых и неудачливых российских разведчиках. То ли дело футболисты - все-же что-то новенькое.

Идеальные мишени для неприязни

Главные фигуранты скандала словно подобраны гениальным режиссером: известные футболисты, но не из состава так понравившейся на недавнем чемпионате сборной России, ребята небедные и наглые - идеальные мишени для неприязни обывателя. Да еще и скандалисты-рецидивисты, находящиеся после распития дорогого шампанского в Монако на условном испытательном сроке у общественности. Водитель "Мерседеса" телезвезды, которая несколько раз была ведущей “Прямой линии” Владимира Путина, не говоря уж о правительственном функционере, - тоже люди непростые.
Так обычная, если не сказать: рутинная, бытовая история, примечательная лишь своими участниками, становится событием национального масштаба. Если мы все отлично разбираемся в футболе, отчего бы нам не быть специалистами в уличном или ресторанном мордобое? Дело нам давно знакомое, помните, в “Мастере и Маргарите”: "Еще у тебя нет гарантии, что ты не получишь в "Колизее" виноградной кистью по морде от первого попавшего молодого человека, ворвавшегося с Театрального проезда". Тем более что на днях был преподан свежий урок: сразу после финала по каким-то там единоборствам наш представитель учинил форменную драку.
Такие истории превращают человека обсуждающего из объекта в субъект. Он ничего не может поделать с разведчиками, с ним довольно жестко обошлись во время пенсионной реформы, он опасается неприятностей из-за своей активности в соцсетях, и он ощущает, что ровным счетом ничего не может со всем этим поделать. Фраза "Все это политика", за которой принято прятаться, вдруг теряет свою магическую силу. В случае с Кокориным и Мамаевым возникает иллюзия значимости мнения каждого человека. Выскажись, и их посадят. А если не посадят, то хотя бы выгонят из команды. Или хотя бы оштрафуют на такие миллионы, которых простому смертному не заработать.

Чья "крыша" надежнее?

И вот теперь перед каждым неравнодушным человеком встают тяжелые морально-нравственные вопросы. Нужно ли уголовно преследовать футболистов и в конце концов дать им реальные сроки заключения? Должны ли клубы гневно отмежеваться и расстаться со своими игроками? Место ли таким людям в нашем футболе? Такие вопросы наверняка обсуждались бы в любой стране мира, случись там подобное, но есть и российская специфика.
Мнительных одолевают подозрения, что непременно найдутся заступники, которые сделают все, чтобы спустить дело на тормозах. Им отвечают, что и у пострадавших покровители могут отыскаться и даже припоминают, как один банкир избил иностранца. И все бы сошло первому с рук, если бы второй не был, как пишут, мужем дочери Путина.
Но даже такая дискуссия не может увести от состояния нынешней России с ее избирательно работающими правоохранительными органами и подверженным влиянию извне правосудием. Ведь какое же это правосудие, если мы знаем, что прав в итоге обычно оказывается тот, чья “крыша” надежнее? Но хотя бы разговоров о полностью десакрализованных и начисто дегероизированных последними разоблачениями российских спецагентах станет чуть поменьше.