Невзоров вчера на Эхе.

А. Невзоров
― Меня достали в Сапсанах, в самолетах, в универмаге вопросами граждане по поводу – вот страшно их озаботил тот факт, что Николя II поубивал за свою жизнь огромное количество собак и кошек.

А. Нарышкин
― Я вам скажу, мне даже бабушка моя родная написала: что-то там Невзоров, по-моему, приврал. Ну, объясняйте.

А. Невзоров
― Вот, вот, значит, я объясняю. Вот для тех, кто поленится собственноручно залезать в императорский журнал царской охоты, есть путь гораздо проще. Недавно вышла чудесная книжка «Повседневный быт российского императорского двора», и вот там всю эту цифирь вы найдете. Более того, вы найдете там, помимо 12 тысяч собак и 18 тысяч котов, которых этот маньяк отстреливал – надо вообще понимать, что это не только отстреливалось, но еще и зачем-то вносилось в опись трофеев императорской охоты. Ребята, вдумайтесь о шизофреничности и дикости вообще этого процесса: с одной стороны, безумный Распутин с его поросшим мхом фаллосом, вот все эти деликатные фрейлинские вагины, с другой стороны – 20 тысяч убитых воронов – вот непростительно, да? И ворон. Массовые расстрелы на Невском. Вообще очень красивая картинка получается. Короче говоря, вот кто желает…

В. Дымарский
― А это тренировка такая что ли была?

А. Невзоров
― Да нет, он искренне ненавидел собак и котов и отстреливал их всюду, где мог, и об этом заносил записи и в свои личные дневники, и требовал, чтобы убитые коты включались в опись трофеев императорской охоты.

А. Нарышкин
― Слушайте, вас послушаешь, у меня возникают мысли: может, надо каким-то образом царскую семью деканонизировать? Вот вы такие страшные вещи рассказываете…

А. Невзоров
― Я ее не канонизировал, мне до нее дела, честно говоря, никакого нет, я не вижу ее отличия от любой другой семьи, которая погибла в те годы. И полагаю, что эти смерти были ничем не страшнее, чем смерти купеческих семей, мещанских семей, поповских семей или каких-нибудь еще других семей, когда целиком семейство расстреливалось.

Хотя здесь, в общем, надо сказать, что не случайно известная площадь, на которой находился Ипатьевский особняк в Екатеринбурге, долгое время назывался площадью «Народной мести». И что если человек взял и расстрелял 350 человек старушек, детей и стариков, которые шли к нему на поклон с иконками и его портретами, взял и просто расстрелял – то за такие штуки рано или поздно приходится отвечать.

У него была возможность спасти свою семью, если бы он повесился просто на следующий день после того, как отдал приказ о расстреле людей, но он дотянул все до такого состояния, что, увы, увы, пули полетели не только в него. Все, кто не поверил в эту историю, берите книжку «Повседневная жизнь российского императорского двора» и вычитывайте все там.